2
0
— Извините, мне нужен восьмой зал, — обращаюсь к молодой гардеробщице.
— Я вам не справочное бюро! По коридору налево и на третий этаж!
— А я не собака, чтобы гавкать! Спасибо!
Ох, так паршиво мне никогда не было, даже при разводе с Олегом. Эта еще. Раздраженная. Со своими пергидролевыми кудрями. Облаяла ни за что.
Разворачиваюсь, топаю куда велели и за поворотом замечаю лестницу с витыми перилами. Поднимаюсь по широким ступеням, на ходу достаю из сумки телефон. Где же Марк? Без адвоката я совсем раскисла. Кажется, будто все косятся на меня и считают плохой матерью… Словно Золотов уже всех накрутил в том числе и уборщицу в синей косынке…
На третьем этаже перед глазами распростерся большой коридор, по бокам закрытые двери, а у стен лакированные скамейки.
Внезапно я замираю как вкопанная, растерянно моргаю, не веря глазам. Женщина. В пурпурном брючном костюме, седыми волосами, подстриженными в каре и яркими красными губами. Она тоже здесь, остановилась возле лавки, меня не замечает.
— Мама…мама! — от волнения вскрикиваю.
Срываюсь с места, чувствую, как ресницы мокнут от слез. Быть такого не может…
Приехала все-таки. Из Архангельска. Ради меня. Подбегаю, чтобы обнять родную. Господи, как я скучала. Запыхавшись, тянусь к маме, но натыкаюсь на острый холодный взгляд.
— Отойди. Знать тебя не хочу.
— Мама, что ты такое говоришь?
— Позор семьи, — шипит прямо в лицо, брезгливо отворачивается. Через мгновенье ее тон резко меняется, — Олежек, сынок! — Лебезит.
А у меня опускаются руки. Я вижу, как из-за угла черной скалой марширует Золотов.
Глава 7
Марк.
— О! Всемирно известный адвокат Лютольф!
Опять этот никудышный завистник. Но я продолжаю заниматься своим делом, глаз не свожу с белого ободка. Было бы лучше, чтобы мой визави сегодня вообще не проснулся, тогда ему не пришлось снова принимать поражение, когда закончится суд."
"— И тебе доброе утро, Игорь.
Мужчина, не слишком высокого звания одетый в темную форму останавливается близко ко мне.
Напрягаюсь от дискомфорта.
— Скажи Марк, и какого это знать, что все твои подзащитные виновны?
— Нормально. Невиновным я не по карману.
Игорь упирается рукой в глянцевую стену.
— Сегодняшнее слушанье очень важное, речь идет о судьбе малолетней…
— Так почему главный прокурор доверил спор подмастерье? — раздраженно перебиваю. — Ах да, ему по статусу не положено бросать тень на свои погоны.
— Я не рассчитываю на проигрыш. Мы с Золотовым собрали ошеломительные факты.
— Хочешь поговорить об этом сейчас?
— Почему нет?
— Мы в туалете, Игорь. Я справляю нужду в писсуар. И хватит пялиться! Как это мерзко…
Мой вечный противник впадает в ступор от прямоты. Я, спокойно застегиваю ширинку, ремень. В знак признательности к Игорю, смываю.
