– Сейчас ты ползешь на улицу, я выгоняю машину и отвожу тебя к дому. И без тупых шуток. Понял? – Предупредила я, поднявшись на ноги.
– Да понял я, – огрызнулся он и последовал моему примеру. То-то же.
До дома я его действительно довезла. Лысый идиот поворчал, конечно, что-то о негуманном обращении с военнопленными, но из машины вылез сам.
– Еще раз в лес поползешь, я тебя спасать не буду. – Предупредила его, развернув машину.
– Ведьма! – Услышала в ответ и ухмыльнулась. Ничего, пусть попсихует. Ему полезно.
Дома я первым делом принялась за тесто. Черт! Муки впритык.
– Охраняешь дом. Опару съешь, посажу на диету! – Предупредила я полосатого Барсика перед тем, как уехать в поселок.
На меня посмотрели, как на исчадие ада, но согласно проворчали. Все же не зря я себе такой авторитет среди животных отвоевала. Меня здесь по крайней мере слушаются, признавая право сильнейшего.
В аптеке я набрала всякой мелочи аж на пятьсот рублей. В магазине тоже потратила тысячу рублей на то, что лес мне дать не сможет.
– Степанида, что-то ты редко заезжать стала. – На выезде из поселка я завернула на короткую улочку и остановилась у последнего дома. На крыльце тут же появилась румяная семидесятилетняя бабулька.
– Некогда, Евдокия Валентиновна. – Я прихватила пакет с половиной продуктов, купленных в магазине. – Я вам мяса и крупы привезла.
– Так ты заходи хоть на пять минут. Чай попьем, о житие поговорим. – Старушка, шаркая ногами, поспешила в дом.
– Не о чем говорить. – Пакет с продуктами я поставила на стол маленькой, но светлой кухни. – Живу я так же, как всегда.
– А мне сказали, что у тебя в лесу лысый мужик завелся. Страшный и опасный. Глазами так и зыркает. А кто-то у него даже кобуру с пистолетом увидел. – Перешла она на громкий шепот.
– Этот страшный и опасный? – Я рассмеялась. – Если мужик лысый, то под кепкой у него не обязательно мозги находятся.
– Так, быть может, присмотришься? – Подмигнула Евдокия Валентиновна. – А там, глядишь, и одиночество подвинется.
– Было бы к кому присматриваться. А одиночество меня не тяготит. – Скривилась я. – Всего хорошего. – Направилась я на выход из дома.
– Да погодь ты! – Окликнула меня старушка. – Я же творога тебе приготовила. Возьми-ка. – Протянула она мне пакет. Я послушно взяла. – Там сметанка еще.
– Спасибо. – Улыбнулась и все же вышла из дома.









