Светлана Николаевна подошла вплотную к низенькому управляющему и посмотрела на него сверху вниз. В её глазах пылало бешенство.
— Каково же было моё удивление, когда через пару месяцев на балу у Вяземских, я увидела на шее графини Меркуловой то самое Адамасское ожерелье, которого у вас никогда не было. Она словно бы специально стояла рядом со мной и чуть ли не подпрыгнула от удовольствия, увидев мою реакцию.
Графиня сделала несколько глубоких вдохов, медленно развернулась и села в кресло. Устроившись поудобнее и подняв холодный взгляд на бледного, как смерть Аристарха, она продолжила:
— Андрей был в бешенстве, когда узнал.
Голос графини вдруг стал отвлечённо-безразличным и даже несколько скучающим.
— И конечно же эти два перстня помогут мне забыть тот досадный инцидент, который мешает моей семье наладить с вами более плотное сотрудничество.
Через пять минут они вышли из магазина, на фасаде которого красовалась богатая вывеска «Сокровищница Аристарха». В руках у Фёдора был сверток с двумя золотыми шкатулками. Светлана Николаевна пыталась стереть с лица выражение глубочайшего омерзения, но это у неё, явно, не получалось.
— Что за отвратительный человек, ей богу! Но без него никак, — нервно пожала она плечами.
— Хорошо, мам. — Димка смотрел на мать со смесью уважения, почитания и даже страха. Он никогда не думал, что она может быть такой сильной и властной.
— А не зайти ли нам в «Вишнёвую косточку»? — неожиданно предложила Светлана Николаевна.
Димка с Витькой тут же оживились и согласно закивали.
— Ну вот и чудно, — улыбнулась Димкина мама. — Это совсем недалеко. Вон там, за углом.
Через пять минут они удобно устроились за уютным столиком на большой, увитой плющом и цветами веранде «Вишневой косточки».









