Это была добрейшая женщина, которой уже давно перевалило за двести, впрочем, также, как и её муж, довольно молодо выглядевшая, но, несмотря на это, весьма умудрённая жизнью. После всех испытаний, выпавших в этот день на долю Дмитрия, когда его наконец-то удалось вырвать из цепких лап столичных репортеров, она подошла к нему, крепко обняла и тут же расплакалась, как сущий ребёнок.
А за обедом Дмитрий познакомился со своим дядей, Михаилом Николаевичем Орловым. Это был высокий широкоплечий красавец с горящим взором и чёрными, как смоль, волосами.
Дмитрий чувствовал себя в этот вечер немного не в своей тарелке. И не мудрено — столько невероятных событий произошло с ним всего лишь за один день, а теперь ещё и выяснилось, что у него есть целая куча родственников, о которых он совсем ничего не знал до этого момента.
"Тут же завязался непринужденный разговор, который вскоре плавно перетек от общих фраз к чрезвычайно интересующей всех теме.
— Николай Александрович, милый ты мой, просвети уж нас, как там у вас эти все вопросы решаются? — Софья Петровна оторвалась от пасьянса и вопросительно поглядела на мужа.
Николай Александрович оторвался от игры и нахмурился: было видно, что эта тема ему неприятна. Но, зная упрямый характер своей супруги, он понимал, что и обойти её стороной никак не получится.
— Граф Меркулов, конечно, в последние годы занял, так скажем, весьма жёсткую позицию в совете.









