"
"— Я знаю, что ты мне изменяешь! Чувствую ее запах на тебе даже сейчас! Тебе стоит хорошенько подумать, хочешь ли ты сохранить все то, что строил столько времени, или же похерить из-за какой-то шлюшки. Потому что я не собираюсь терпеть в нашей постели еще кого-то! — наконец-то Марина выходит из себя, давая волю эмоциям. Теперь я вижу перед собой настоящую Марину — истеричку с синдромом королевы, обиженную на жизнь стерву, которая решила, что может контролировать меня.
— Заткнись! — Я изо всей силы бью об стол кулаком и неожиданно понимаю, что больше всего из гневной тирады Марины меня разозлило то, как она назвала Полину.
Я решаю, что если она согласится, то будь что будет. Даже если журналисты раздуют вокруг этого целый скандал. Меня заебало чувствовать себя чужим в собственном доме, заебало видеть лживое лицо женщины, которую я когда-то любил до одури. Мне внезапно захотелось, чтобы моя жизнь была такой же спокойной, но одновременно насыщенной, как в эти выходные с Малышкой. Она хоть и была той еще занозой в заднице, но это скорее подначивало ответить чем-то колким, а потом заткнуть ее милый ротик поцелуем или членом.
— Ну уж нет, так легко ты от меня не отделаешься, дорогой мой муж! Я все это время терпела тебя не для того, чтобы лишиться всего в один миг, — ее слова втыкаются в меня сотней острых иголок, но сейчас это скорее похоже на лечебное иглоукалывание, чем на попытки разворошить старые раны. Потому что мне откровенно плевать на то, что Марина, оказывается, терпела меня все это время. — А если вдруг ты захочешь избавиться от меня, я прекрасно знаю, что ты переоформил на меня автосалон.
Какое-то время я молчу, а потом начинаю смеяться. Сначала беззвучно, а потом все громче и громче.
— Мари-ина, любимая моя жена, как же мне повезло с тобой.
— Какой кредит? Ты хочешь меня развести так, да?
— Кредит, который мы выплачиваем уже второй год, — спокойно говорю я, смотря на нее насмешливым взглядом.









