8
0Учти, она абсолютно нормальна, и все прекрасно помнит, за исключением небольшого отрезка времени, месяца три-четыре, которые прошли с момента взрыва фугаса до падения самолета. Она верит, что муж ее погиб, но про дочь ничего не помнит, и поэтому не отдает Сашу, до сих пор считает его своим сыном. Эти костоломы из милиции пытались отнять его силой, но она подралась с ними, и они отступили, побоялись навредить Саше. Он же ни к кому не идет на руки, цепляется за нее, и кричит благим матом.
– Они оба кричат, – сказал хмуро Сенчуков. – Мне уже доложили, что она пыталась сбежать с ним через окно. Больничную пищу она не потребляет, боится, что подсыплют снотворное, таблетки выбрасывает, а уколы запретили, чтобы не повлияли на твоего сына, ведь она кормит его грудью…
– Прокурор сказал мне, что не дал согласия на возбуждение уголовного дела. Действовала она в пределах самообороны, бандитов укокошила, защищая себя и ребенка от нападения. Сам понимаешь, им бы не поздоровилось, если бы эти сволочи захватили Лизу врасплох.
– С экспедитором, надеюсь, ты дела уладил?
– Уладил! – кивнул Морозов. – Мои ребята лодку заштопали, даже обили борта жестью, и мотор нашли, что у него увели, когда лодка болталась без присмотра. Конечно, и ему, и бабе пришлось немного заплатить, но они и без того не трепались. Конспираторы! Уже третий год амуры крутят!
– Та-ак! – пальцы Сенчукова изобразили бодрую дробь на столе. – Прокурора ты уговорил, а от меня чего хочешь? Допустим, Варламову освободят из-под стражи, но куда ей деваться? В бомжи определиться? У нее же нет пока ни документов, ни денег, ни одежды приличной. И никого на белом свете, ни родственников, ни друзей. Свекровь в Забайкалье, но она живет теперь вместе с первой семьей Олега Варламова, и второй жене своего сына вряд ли обрадуется.
– Я ей помогу, – процедил сквозь зубы Морозов. – Я возьму ее к себе. Я не могу позволить, чтобы женщина, которая спасла моего сына, превратилась в бродяжку.
– Это ты сейчас придумал? – справился вежливо Сенчуков и открыл папку с бумагами.
– Какое твое дело, Володя? – Морозов устало посмотрел на генерала. – У следователей и врачей к ней нет больше вопросов. Она в своем уме и все очень толково объяснила.
– Да, я знаю, – согласился Сенчуков, – с ее помощью мы смогли определить место падения обломков, и даже нашли фрагменты обшивки и черный ящик. Сейчас специалисты расшифровывают записи разговоров экипажа. Боюсь, что Варламова права. Взрыв на борту наиболее вероятная причина катастрофы. Она передала документы, которые обнаружила рядом с трупом одного из пассажиров. Не скрою, версия теракта тоже наиболее вероятна. К сожалению, все возможные исполнители и главный вдохновитель расстреляны Лизой. – Он в упор посмотрел на Морозова.
