7
0Надеюсь, вы поняли, что тогда вы здесь никогда не появитесь. Хватит с меня душераздирающих сцен и скандалов! Ваши истерики у меня вот уже где! – Он похлопал себя по затылку. – Выбирайте, или я завтра выдворю вас к чертовой матери, или вы перестанете раз и навсегда допекать меня своими прогнозами и сплетнями насчет Лизы. Я не хуже вас разбираюсь в людях и беспокоюсь о своих детях ничуть не меньше!
На этой фразе Зинаида Тимофеевна пулей выскочила из его кабинета, прочно забыв о своих хворях. Странное дело, но она впервые испугалась по-настоящему. Чего скрывать, перспектива отъезда в Саратов была гораздо страшнее, чем мысль о том, что с Лизой придется как-то уживаться и не слишком демонстрировать свою антипатию. У нее совсем не осталось союзников, даже родная внучка променяла ее на эту грязную девку, и проводит с ней большую часть времени.
Правда, с тех пор она не спускала бдительного взгляда с зятя и Лизы, не слишком представляя, как сможет противостоять тому, чего она даже в мыслях не допускала – их сближению. Но чутьем опытной интриганки она понимала, что это непременно случится. И хотя Виталий всячески демонстрировал свое безразличие, но Зинаида Тимофеевна не раз замечала его быстрые взгляды в сторону Лизы, и они сказали ей гораздо больше, чем его уверения, что он просто благодарен Лизе за спасение малыша. Неминуемое должно было случиться. Все ее доводы и аргументы оказались для зятя пустым звуком. А она слишком поздно поняла, что не до конца осознала, какую опасность несет в себе появление молодой красивой женщины в доме одинокого мужчины."
"Конечно, у нее оставалась еще надежда, что до Виталия дойдет, наконец, самое важное: Лиза – женщина не его круга. Помимо постели существуют определенные интересы, отношения с другими людьми, его положение в обществе. Он не может просто так взять и жениться на женщине с сомнительным прошлым и неясным будущим. Где гарантии, что ее контузии не скажутся на здоровье, в первую очередь на психике. Иметь рядом с собой неуравновешенное создание, которому ничего не стоит убить человека? Это уже слишком! Кто знает, как сложатся обстоятельства? В доме хранится оружие, и не захочет ли Лиза применить его в гневе, если кто-то посмеет обидеть или оскорбить ее? В семейной жизни чего только не случается?
Зинаида Тимофеевна больше ни о чем не могла думать. Единственное, в чем она не хотела признаться даже самой себе, в основе всех ее домыслов лежал страх за собственную судьбу. В доме зятя ей не надо было думать, как дотянуть до пенсии, не нужно было заботиться о куске хлеба и искать хотя бы ничтожный заработок, потому что пенсия у нее была крохотной, а она уже привыкла ни в чем себе не отказывать. Чего скрывать, Альвина изрядно баловала ее.
