Дьявол во плоти

— Что он сказал, племянник? — спросил пожилой мужчина рядом с ним, поднося к уху металлическую слуховую трубку.

— Молодой человек говорит, что он слишком красив, — сказал мужчина средних лет прямо в трубку.

— Слишком красив? — переспросил чудаковатый старик, поправляя очки и косясь на Кира. — Кем этот нахал себя возомнил, герцогом Кингстоном?

Развеселившись, цирюльник решил объяснять Киру, при чём тут герцог.

— Его светлость герцога Кингстона считают одним из самых красивых мужчин человечества.

— Я знаю… — начал Кир.

— В своё время он наделал много шума, — продолжил цирюльник.

 — В ""Панче"" 3до сих пор шутят на эту тему. Издают карикатуры с падающими в обморок женщинами и тому подобным.

— Говорят, он красив, как Отелло, — сказал мужчина, подметавший отстриженные волосы.

— Как Аполлон, — сухо поправил цирюльник, смахивая сухой кисточкой мелкие волоски с шеи Кира. — Я подозреваю, что к настоящему времени Кингстон потерял большую часть своих знаменитых золотых локонов.

Кир хотел было возразить, ведь он встречался с герцогом только сегодня днём и сам видел, что его пышная шевелюра на месте.

Однако передумал и придержал язык.

Вернувшись в свою квартиру, Кир нагрел воды, чтобы тщательно вымыться, не жалея мыла. Он переоделся в свежую одежду, начистил ботинки и придал себе максимально презентабельный вид. Беглый просмотр карты Лондона показал, что Карнейшн-лейн находится всего в нескольких минутах ходьбы от склада. Перед тем, как выйти, Кир засунул во внутренний карман своего нового пальто стеклянную бутылку с виски ""Прайберниак"".

Вечер был прохладным и влажным, в мутной дымке бледно сияла луна.

Пристань затихла, лёгкие баржи, парусные лодки и судна для транспортировки почты пришвартовали, устремлённая ввысь мачта большого корабля напоминала рёбра обглоданной туши."

"Кир зашагал прочь от доков в сторону главной дороги, минуя маленькие переулки и закоулки, в которых было темно из-за низко нависающих карнизов крыш. Рабочие и лавочники закончили трудовой день и разошлись по домам на ночь, и теперь на улице начали появляться люди другого сорта: проститутки, мошенники, нищие, уличные музыканты, моряки, чернорабочие.

Одни бродяги с бутылками джина, ссутулившись, стояли в дверных проёмах, в то время как другие толпились на лестницах. Шайка бездомных развела небольшой костёр из мусора под каменным мостом через канал.

Уличных фонарей в этом месте было немного, и они стояли далеко друг от друга, констебля или кого-то из правоохранителей не наблюдалось. Кир отошёл в сторону, уступая дорогу пьяным гулякам, которые, шатаясь, прошли мимо него по старому деревянному тротуару, распевая застольную песню.