10
0Но их больше нет! А единственный близкий родственник – моральный урод. И не только по отношению к своим многочисленным пассиям, но и к ней, его собственной племяннице. А это значит, что кроме зародившейся еще в детстве мечты у Ашки и правда больше ничего не осталось. Так что там сказали эти чешуйчатые типы про условия?
– Найдете убийцу Пэм и допустите меня к своим коллекциям? – уточнила девушка, пытливо изучая лица драконов.
– Приложим все усилия, чтобы найти убийцу, – поправил ее Арэт.
– Позволим работать с нашими артефактами, если ты подпишешь договор о том, что не повредишь их, – добавил Кимир.
– Ты же, в свою очередь, поделишься с нами всей информацией, что у тебя есть по Тенелису, и поможешь мне… то есть нам… его получить, – напомнил блондин и, посмотрев на свои руки с подозрительно поцарапанными костяшками, которые довольно быстро бледнели под действием регенерации, сказал: – И никакая сволочь больше к тебе не прикоснется.
«Они что там… воспитательную нотацию Стефану читали? Кулаками?» – подумала изобретательница, но уточнять не стала, а только кивнула, чуть улыбнувшись. Такое соглашение ее полностью устраивало. Завтра после похорон, как обещал Римус Эльт-Шпикус, каждый из них уже будет свободен от подписок о невыезде, так как алиби каждого подтвердилось магами-следопытами, работающими над делом Пэм. И это значит, что они втроем смогут наконец покинуть город.
Они и… лучшее изобретение Ашель, которое госпожа Эльт-Карти незатейливо назвала «Ловушкой для дракона». Вот только девушка, строя свои планы, даже не подозревала, что две ее потенциальные жертвы параллельно с «уборкой тела» и его последующим «воспитанием» заключили между собой одну очень любопытную сделку. По ее условиям, они совместно использовали Ашку для поиска Тенелиса. После чего к взаимному удовольствию осуществляли раздел «имущества»: одному артефакт, другому артефакторша – согласно уровню заинтересованности в предметах раздела. Так что у желтоглазой охотницы при подобном раскладе были все шансы самой оказаться в роли трофея. Причем пожизненного.
Глава 7"
"С низкого серого неба, медленно кружась, падали белые хлопья. На вершине небольшого холма среди приземистых деревьев и заметенных снегом могильных плит было многолюдно. На похороны Пэм Эльт-Карти пришло несколько десятков сочувствующих, среди которых родственники составляли лишь малую часть. Уже успела отзвучать торжественная речь, зачитанная градоправителем по королевской грамоте, и два специально приглашенных мага, похожих на носатых воронов, изящными пассами засыпали глубокую яму промерзлой землей. Однако народ не спешил расходиться. Он сбивался в небольшие группы и тихо шушукался, обсуждая последние сплетни.
