Девственница на три дня

Перед глазами начинают мелькать тихие искры.

И я двигаю бедрами активней, сильнее и в унисон с членом, который… да, который хотела бы ощутить между ног.

Но пока есть только веревки, и я пользуюсь ими.

И просто срываюсь от удовольствия, с которым меня имеет мужчина. У меня нет возможности пройтись языком по мошонке, я не могу обхватить его яйца руками, но я начинаю дрожать, стоит только представить, как мы выглядим со стороны.

Он – с широко расставленными ногами, приспущенными брюками, освободившими от ткани лишь член. И я – полностью обнаженная, связанная, с готовностью принимающая эти удары.

– Блядь… – доносится новый выдох моего незнакомца.

А потом он тянет мою голову чуть вперед, и начинает вбиваться еще резче, еще быстрее, и практически без остановки. И я едва успеваю двигаться в его ритме, чтобы так же, как он, чтобы вместе, чтобы…

Протяжный стон… он с силой тянет мои волосы, делает выпад глубже, и замирает, а я…

Его стон как новый выстрел в висок, ударяет по нервам, проходит через весь позвоночник, и почти лишает сознания от последней вспышки, которую вижу даже с повязкой.

Я кончаю так бурно и остро, что хочется плакать.

Член выскальзывает из моего рта, пальцы мужчины отпускают мои волосы.

Медленно сглатываю.

– Можешь выплюнуть, – слышу разрешение спустя пару секунд.

– Серьезно? – не верю своим ушам, что так можно было.

Короткая пауза.

Мужчина приподнимает мой подбородок, как будто хочет всмотреться в мои глаза.

Отчетливо чувствую его удивление, а потом…

– Умница, – хвалит он.

Поглаживает костяшками пальцев меня по щеке.

А потом натягивает веревку, заставляя меня приподняться на коленях – видимо, я опустилась на пятки, и сама не заметила.

И совершенно неожиданно накрывает мои губы своими.

Это не поцелуй, это скорее печать, которую он ставит на мне. Его метка. Все так же жестко, с напором.

А его язык словно жалеет о том, что не участвовал и начинает трахать мой рот, заставляя привыкнуть к себе. И заставляя меня издать стон, когда мужчина от меня отстраняется.

Мне едва удается восстановить дыхание.

Странное чувство, какая-то не понятная даже мне самой близость, которой быть не должно.

И этот поцелуй только усугубляет мои ощущения.

Я будто слепну, глохну и забываю на время обстоятельства, при которых мы встретились, и что я – всего лишь дорогая покупка.

Несколько глубоких выдохов, чтобы прийти в себя, чтобы напомнить себе о реальности."

"Но по телу разбегалось успокаивающее тепло, и даже такие невеселые мысли текли вяло, растворяясь во все поглощающей неге.

– А вот целоваться тебя уже кто-то учил, – слышу легкие нотки недовольства в голосе моего владельца.