Девочка. Книга третья

— Вам бы в контрразведке работать… — недовольно произнес Барретт, — все рассказали, показали, объяснили…

— Воинские звания и регалии — официальная информация, а этой ""картинке"" уже сто лет, и она давно не для кого не секрет — так что не рычи, Тигр, — резонно парировал Эврика.

— Спасибо, — поблагодарила я, нехотя отдавая фотографию, и внезапно поняла, почему мужчины попросили меня остаться. Их целью было не только рассмотреть меня — собственно, мне не было задано ни одного вопроса — они, зная Барретта и его молчаливость, хотели рассказать мне немного о нем.

— Всегда обращайтесь, — улыбнулся Эврика, и внезапно в кармане Барретта раздался звук сотового — это был Пол.

Перебросившись с ним парой фраз, он завершил разговор, а Мэрфи с Лойдом внезапно засобирались, посмотрев на свои увесистые будильники — наручными часами это сложно было назвать.

— Ну, собственно, нам пора, — коротко проинформировали они, вставая с дивана.

"Увидев, как Барретт набрасывает куртку и что-то говорит Стивену, я поняла, что он тоже планирует отлучиться, вероятно, в офис, но лишних вопросов задавать не стала.

Я попрощалась с гостями, и мужчины, выйдя на гранитное крыльцо, направились к своим машинам с надписью ""Хаммер"" на капоте. Джино тем временем подогнал из гаража почти такой же черный джип, и я улыбнулась — Ричард не хотел забывать свое военное прошлое и, вероятно, поэтому предпочитал использовать для личных целей такую же автомарку, только более усовершенствованную, сделанную на заказ.

Пока Барретт отдавал распоряжения Лату, я подошла к своему мужчине и, встав на цыпочки, прильнула к его шее.

— Тебя ждать к ужину? — тихо спросила я, целуя в щеку.

Барретт промолчал и, как только мои губы коснулись его скулы, вышел вслед за товарищами. Спустя несколько секунд он запрыгнул на водительское сиденье своего ""танка"", и три машины уверенно направились к видневшимся вдалеке массивным воротам, где возвышался КПП с охранником.

Глава 15

Поднимаясь по лестнице, я куталась в плед, и в голове крутились голоса товарищей Барретта, которые перечисляли его воинские достижения. Это было неудивительно — Барретт был бесстрашным воином, лидером, берущим ответственность за свою команду. Он был заточен на войну и толерантен к ней. Подобных людей война не ломала, а делала лишь сильнее. Видя в глазах его товарищей по оружию уважение, я была уверена, что Барретт заботился о своей команде и никогда не прятался за спинами ребят.