Девочка. Книга третья

Искусно выписывая круги на моей плоти, он вошел в меня и сделал несколько фрикций. Сжимая мои ягодицы, он массировал попу и внезапно проник туда большим пальцем, не прекращая своих уверенных движений. На секунду я напряглась, но почувствовав, как Баррет больно сжал мое полупопие, расслабилась и постаралась свыкнуться с новыми ощущениями. Мое возбуждение нарастало все сильнее, низ живота наливался кровью, я стала совсем мокрой, а Барретт, внезапно выйдя из моего лона, зажал член между моих ягодиц и продолжил свои возвратно-поступательные движения.

Я чувствовала, как его ствол, влажный от моего сока, становился массивнее и тяжелее, беспрепятственно скользя между ягодицами, и от осознания, что моему мужчине со мной хорошо, еще больше заводилась.

Но внезапно, когда я совсем этого не ожидала, он раздвинул ягодицы и ввел головку члена в попу.

От неприятных ощущений я вскрикнула и вся сжалась.

— Расслабься, — тихо, но уверенно произнес он и проник немного глубже, давая понять, что он не прекратит задуманного.

Я сжала кулаки и попыталась расслабиться, но боль не оставляла, несмотря на щадящее проникновение. Медленно, но уверенно он входил глубже и глубже, и все, что я могла сейчас сделать в таком зафиксированном положении — привыкнуть к боли и расслабить мышцы.

И мне пришел на выручку мой Черный Лебедь.

""Боль — это тоже удовольствие, только от Дьявола"", — тихо прошептал он, и я поняла — мне нужно поменять вектор мысли. Я не могла присутствовать на этом бале Сатаны только как Лилит Ева Харт, именно ипостась Черного Лебедя бросила вызов и закружила эту ночь, а значит я должна была пройти этот путь от начала до конца, сплетаясь с этим образом, но не теряя себя.

— Глубже, Милый, я хочу, чтобы нам вместе было хорошо.

Барретт еще сильнее сжал мои ягодицы и, проникнув еще дальше, остановился, словно прислушивался к ощущениям и давал мне возможность привыкнуть к его плоти.

Я сделала глубокий вдох, полностью расслабляя мышцы, и мой Дьявол, будто зная, что я готова, начал насаживать меня на член в умеренном темпе. Это не были резкие глубокие удары, но я отчетливо чувствовала уверенные толчки. От болевых дискомфортных ощущений я зажмурилась, но сжав зубы, старалась не напрягать мышцы живота и отсчитывала.

Раз. Два. Три. Четыре.

Раз. Два. Три. Четыре.

В этом ритме я уже начала чувствовать музыку, словно Барретт вел меня в неспешном темпе, и я, в этом плотном контакте, стала двигаться в такт, преодолевая боль.

Раз. Два. Три. Четыре.

Раз. Два. Три. Четыре.

Он прошелся по моему позвоночнику, начиная от затылка, и, завершив выписывать штрихи на моей спине, сжал горячими ладонями грудь, прокручивая в пальцах соски.