Девочка. Книга третья

Рядом стоял огромный стол, больше похожий на поляну, усеянную ярким орнаментом цветочных композиций. Гости подходили, брали со стола венки и, зажигая на них свечи с ароматическими палочками, пускали кораблики в пруд. Я поискала в толпе Барретта и нашла его поодаль — он разговаривал в компании мужчин и совсем не обращал внимания на цветочную эйфорию.

Барретт, как обычно, прошелся по мне взглядом-сканером, а я, улыбнувшись в ответ, подошла к нему, не желая показывать, что еще пятнадцать минут назад между мной и Мартой произошел странный разговор. Несмотря на то, что их связывало некое прошлое, немка пришла разговаривать со мной, а значит, это была наша с ней битва.

Наблюдая, как гости отпускают кораблики в пруд, я все же тактично вклинилась в разговор, намекая на красивый ритуал:

— Говорят, что вместе с кратхонгом ты отпускаешь все печали и неудачи.

— Иди, — кивнул он в сторону пруда, давая мне понять, что он в этом ритуале участвовать не планирует, и продолжил разговор с мужчинами.

Я вздохнула и, понимая, что никакие силы не заставят Барретта побыть хоть на секунду романтиком, одна направилась к столу.

Рассматривая цветочные композиции, а вернее, произведение искусства из цветов и фруктов, я выбирала подходящую, как вдруг мой взгляд упал на два изящных, скорее похожих на миниатюрные дворцы, кратхонга, которые стояли рядом, нечаянным образом зацепившись друг за друга листьями. Вспомнив слова Раттаны: ""Тайцы верят, что опущенные на воду кратхонги соединят сердца влюбленных и в следующей жизни"", я улыбнулась и незамедлительно выбрала их, чувствуя, что это были наши с Ричардом кораблики. Аккуратно положив в один из них пучок своих волос, я зажгла свечи с благовониями, и бережно понесла их к пруду подальше от других.

Прячась от посторонних глаз за большим раскидистым деревом, листва которого тянулась к воде, я разулась и, чувствуя пятками теплую мягкую почву, подошла к воде. Немного подтянув юбку, я присела на мягкое покрывало травы, подняла кратхонги вверх, приветствуя духа воды, и опустила их в пруд. Легонько подтолкнув их ладонью, я несколько раз провела рукой по водной глади от себя, создавая небольшое течение, и отпустила наши с Ричардом кораблики в путешествие. Наблюдая, как они медленно, но верно поплыли на середину пруда, я, затаив дыхание, молила, чтобы они не утонули и не рассоединились. Будто слыша мою просьбу, цветочные ладьи тихо дрейфовали бок о бок, взявшись за руки, и, казалось, разлучаться не собирались. Сложив ладони у лица, я просила у духа воды забрать все плохое, что случилось в моем прошлом и жизни Ричарда, молила унести подальше все беды и проблемы, оградить от болезней, невзгод и горестей.