12
0
– Да, – прошептала Света, – хотя мы ничего не понимаем…
– Начну сначала, – спокойно сказал незнакомец, – я, Андрей Валерьевич Ильин, адвокат. У меня хранится завещание Семена Сергеевича.
Аня подняла глаза, обведенные черными кругами.
– Сениного юриста зовут Иван Петрович Юдин.
– Верно, – кивнул Ильин, – но завещания-то у него нет.
– Нет, – эхом отозвалась Света, – он нам звонил и сказал, что не раз напоминал Сене о необходимости составить распоряжение на случай возможной кончины, но тот только смеялся… Ну кто бы мог подумать, что он так поступит!
В голосе Светы звучали слезы.
– Прекрати, – неожиданно сказала Катя.
– С какой стати ему такое в голову пришло, – причитала та, – застрелиться! Бросить нас!
Леся кинулась к двери, я побежала за ней.
– Погоди!
Горничная остановилась.
– В чем дело? Я хочу воды принести.
– Семен покончил с собой?
– Да. Вы не знали?
– Нет."
"– Ужасно, – поежилась Леся, – это произошло в ту ночь, когда Мусика бедного искали. Вы уехали, Катя спать пошла, а Семен Сергеевич с Анной Тимофеевной ругаться снова затеяли. Я от греха подальше в своей комнате затаилась. Хозяева последнее время частенько ссорились, вот я и побоялась под горячую руку им попасть. Повизжали они, потом все стихло, а я заснула, чаю выпила и закемарила, да так крепко! Меня Колька разбудил, шофер. Вошел и говорит: «Че с хозяином? Велел к девяти «мерс» подавать, я приехал, стою, жду, уж одиннадцать пробило, а Семен не выходит. Мобильный молчит, домашний тоже никто не берет, спальня заперта, может, он проспал?»
Встревоженная Леся пошла на второй этаж и постучалась к Сене. В ответ не раздалось ни звука. Тогда горничная поскреблась к хозяйке и обнаружила Аню спящей. Подумав, что хозяйка после скандала с мужем приняла снотворное, Леся толкнулась к Кате и удивилась, та тоже посапывала под одеялом.
Не решившись их будить, горничная стала стучать в дверь Семена, в конце концов перепуганный Коля плечом снес створку. Леся глянула в комнату и рухнула в обморок. Хозяин сидел в кресле, голова его была окровавлена, около безвольно опущенной руки валялся пистолет.
– Откуда он взял оружие? – прошептала я.
– В тумбочке держал, – пояснила Леся, – все честь по чести, купил в магазине, разрешение от милиции имел. Хотя и в охраняемом поселке живем, да лес кругом, мало ли что случиться может.
– С какой стати Сеня покончил жизнь самоубийством? – пробормотала я. – Он письмо оставил?
– Нет! – воскликнула Леся.
– Тогда отчего вы решили, что он сам застрелился?
Прислуга вытерла лицо рукавом.
– Так он запись сделал, кассета в магнитофоне стояла. Менты приехали, щелкнули клавишей, и сразу голос раздался. Меня-то в понятые взяли, вот я и услышала: «Жизнь моя стала ужасной. Сплошной скандал. Я очень устал.
