Десять стрел для одной

Отделил пятисотку, положил на прилавок. – Мужчина. Высокий. Худой. Бородатый. В каком доме живет?"

"Продавщица невозмутимо извлекла откуда-то из анналов грязную тряпку. Смахнула ею бумажку. Равнодушным тоном произнесла:

– Палыч с бородой. Семка. Назим. Хабибула. Все худой.

– Он такой, – подсуетилась Надя, – не очень молодой. И живет здесь, в Васильково. Где-то рядом с замком недостроенным.

Киргизка отрапортовала:

– Тогда Иван Иваныч. Вторая Садовая. Белий дом.

– Рахмат! – поблагодарил Полуянов.

– Пожалуйста, – хихикнула продавщица.

– Рахмат – это, кажется, по-узбекски, – покаянно произнес Дима, когда вышли из магазина.

– Да какая ей разница? – фыркнула Надя. И упрекнула: – Кучу денег отдал! Я бы тебе все бесплатно узнала.

Белый домик – ни дать ни взять кубанская мазанка в череде среднерусских изб – стоял точно напротив главных ворот дворца.

– Твоя версия подтверждается, – усмехнулся Дима. – И забор – рабица, все видно.

Во двор вошли беспрепятственно – калитка не заперта, собак не видать.

Высокий, худой, бородатый мужчина сидел в тенечке, в шезлонге, с книгой в руках. Надя успела прочитать на обложке: «Лао Цзы».

Провел еще в одно теневое место – под кучерявой березой стояло несколько пластиковых кресел, к сиденьям привязаны подушки. На пластмассовом столике – ведро с подтаявшим льдом, в нем – старинный, советских еще времен, сифон.

– Газировочки? – галантно предложил хозяин. – Даме могу сделать с сиропом. Точно как раньше – в автомате, за три копейки.

«И это – маньяк?!» – ахнула про себя Надя. Но улыбнулась Ивану Иванычу:

– С удовольствием.

– Сироп делаю сам, какой желаете: вишневый, яблочный, смородиновый?

– М-м… вишневый, – Митрофанова еле удержалась, чтобы не облизнуться.

– А мне за одну копейку, – попросил Полуянов.

– Понял, – кивнул мужчина.

Исчез ненадолго в доме. Вернулся с подносом. Бокалы (идеально блестящие). Ковшик (похоже, расписанный вручную). Вазочка с печеньем, похожим на засушенных червячков.

– Пеку сам. Раньше такое называлось «из мясорубки», – объяснил Иван Иванович.

Усадил. Налил газировки. Приветливо улыбнулся:

– Чем могу служить?

– А вы со всеми такой гостеприимный? – не удержалась Надя. – Вдруг мы воры какие-нибудь?

Он взглянул ей в глаза:

– На воров вы совсем не похожи. К тому же я вас в сельпо видел. И были вы в очаровательных бордовых галошках. Значит, живете здесь, в Васильково. Но я теряюсь в догадках, чем могу быть вам полезен.

– Иван Иванович, – Полуянов залпом выпил свою газировку, поставил стакан на стол, – мы живем здесь совсем недавно.