2
0
А потом только Соня показала себя такой страстной, такой бешеной… Она ненавидела меня, но раскрывалась мне до предела, как не раскрывалась ни одна другая девушка. Позволяла делать с собой все, что угодно, доверяла безусловно, хотя я был последним человеком, которому ей стоило доверять.
Ну и все-таки, когда бывшая ледышка с дыркой кончает от твоего хуя в жопе так, что от ее воя трясутся стены, тут любому башку снесет.
Никогда не скажу ей, что когда увидел ее закатившиеся глаза, то подумал, что хочу эту шлюху в своей постели навсегда.
Я хочу привязать ее к себе намертво.
Утром она еще не открыла глаза, спала, положив голову на руку, обнятую браслетом, и темные ресницы бросали тени на нежную кожу. Розовое плечико выглядывало из-под одеяла и я, неожиданно для самого себя, осторожно коснулся его губами. Ты будешь моя, Сонечка. Внутри тебя уже зреет моя частичка. Женщина раскрывается в полной мере только став матерью, и я сделаю тебе такой подарок. Самый дорогой, который мужчина может подарить женщине.
Мой хер дернулся, утыкаясь ей между ягодиц и как бы намекая: «А мне?»
Сейчас будет и тебе, друг."
"Я скользнул ближе, прижимаясь к спине Сони, положил ладонь ей на бедро и немного раздвинул попку, чтобы болт скользнул в горячую расщелину. А потом положил пальцы на ее лобок и развел ими гладкие лепестки, добираясь до клитора. Она была еще чуть-чуть влажной с ночи, и я трогал ее аккуратно, чтобы не причинить боли. Массировал твердую горошинку через накрывающую ее плоть, пока Соня не начала постанывать во сне и подаваться ко мне задом, фантастически горячо обхватывая мой хер своими булочками.
Вот тогда я стал смелее, скользнул вниз, чувствуя, как по моим пальцами течет ее смазка, набрал, сколько мог и стал дрочить ей намного быстрее и сильнее. Она так громко стонала и двигалась, что я пару раз думал, что уже проснулась, но все это было все еще во сне.
До самого конца, пока Сонечка не напряглась, вытягиваясь в струну и не задрожала, заливая мои пальцы своими обильными соками. И только тогда распахнула глаза, вскрикивая.
Я не стал ждать, как она меня еще обзовет, потому что она явно собиралась.
Просто отбросил одеяло, выпрямился и поставил ее раком. Цепочки на запястьях перекрестились, но их длины хватало на то, чтобы она уцепилась пальцами за изголовье кровати, выпячивая свою гладкую и нежную со сна попку.
Проверять там было нечего, она уже кончила, она текла так, что оставались блестящие следы на внутренней стороне бедра, и я сразу, прогнув ее грудью до постели, засадил с размаху в сладкую дырочку.
И снова попал в рай.
