Дерзкая

Седые волосы в ярком освещении казались неестественно белыми. Распустив их по плечам и начесав чуть вперед, я немного скрыла свои страшные шрамы на лице, хотя они все равно бросались в глаза с первого взгляда. Впрочем, я могла чересчур придирчиво и субъективно относиться к собственной внешности. Широкие мягкие брюки и свободная куртка с капюшоном были пущены в ход для того, чтобы окончательно развязаться с имиджем Кати Орешиной. Она бы ни за что не надела на себя такое.

Едва выйдя из лифта, я надела черные очки, настолько затемненные, что собеседник не мог разглядеть за ними мои глаза.

Я долго выбирала эти очки в магазине.

Вывеска агентства была на привычном месте. Приблизившись к дверям, я услышала дружный, многоголосый и громкий хохот. Я невольно остановилась. Смех немного поунялся, но через несколько секунд грохнул снова. Мне даже показалось, что безудержное веселье продолжается уже некоторое время, потому что смех был почти истерическим.

Я вошла и поняла, что была права. Не знаю, что могло их так рассмешить, но несколько человек в приемной смеялись вовсю. Даже появление постороннего не смогло заставить их оборвать веселье.

Алексей, в изнеможении откинувшись на спинку стула, уже мог только слабо всхлипывать. Юрист агентства Лена Астахова, которая редко задерживалась в офисе до конца рабочего дня, все еще была здесь, и тоже в истерике повалилась на свой стол. Юрка, по своему обыкновению присевший на край стола Алексея, беззвучно смеялся и вытирал глаза тыльной стороной ладони. Присутствовали еще трое: наши детективы Сергей Мартко по прозвищу Смарт, Максим Озеров, в просторечии Мозер, и Олег Середа. Они втроем стояли в раскрытой двери, ведущей в общий кабинет, и хохотали, повисая друг на друге и подталкивая друг друга локтями.

Сделав пару шагов вглубь приемной, я смиренно остановилась, ожидая, пока кто-нибудь из них не очухается. Ситуация, в которую я попала, оказалась даже как нельзя кстати. Неожиданно к горлу подступил комок, и если бы мне пришлось сразу, войдя, объясняться, ничего бы из этого не вышло.

— Что… вы… хотите? — выдавил из себя Юра, продолжая вытирать глаза.

— Мне нужен Орешин, — ответила я.

— Это я. Простите нас, пожалуйста, за нерабочую обстановку, — Юра оперся на костыль и соскочил со стола. — Я вас слушаю.

— Я пришла наниматься на работу.

Смех, уже начавший стихать, быстренько скис окончательно. Слишком серьезное заявление они все услышали. Лена и Алексей навострили уши. Смарт и Мозер, соблюдая служебную этику, исчезли в кабинете. Олег остался на месте, рассматривая меня. Мне было плохо видно его лицо, а оглянуться на него я не посмела. От напряжения у меня стали дрожать колени.