2
0
– Хм, а что она сказала, когда дала вам это? – бросаю деньги в бардачок, после чего протираю мальчикам ручки важными салфетками.
– Ничего. Вернуть папе. И все, – надувает губки Леша.
– А я еще слышал, – вмешивается Даня, вынуждая меня наклониться вглубь салона и податься ближе к нему. Сосредоточившись на маленьком напряженном личике, я застываю в ожидании приговора. – «Пусть железный дровосек купит себе сердце», – закатив глаза, сын старательно цитирует пигалицу.
– Ясно, – выплевываю зло и, в миллионный раз проверив все ремни, захлопываю пассажирские двери.
Всю дорогу пытаюсь выбросить из головы дерзкую Лилю, но ее надоедливый голос жужжит в ушах, а перед глазами мелькает ехидная полуулыбка. В красках представляю, как она ругает и проклинает меня сейчас. Однако виноватым себя я по-прежнему не считаю. Просто она слишком принципиальная, хотя в нашей ситуации это неуместно.
– Папа, а в магазин? – спохватывается Леша, когда мы въезжаем на территорию особняка.
– Зачем? – заглушаю двигатель и недоуменно зыркаю в зеркало заднего вида.
– Сердце купить, – поясняет Даня.
Запомнили же, что Лиля брякнула. Помимо несомненной пользы, она приносит вред и дискомфорт.
– Не сегодня. Потом… – бросаю неопределенно.
В следующей жизни. В этой не осталось времени на сентиментальные глупости.
Глава 4
Лилия
Не бывает легких денег. Этой истине научила меня сама жизнь. Каждая копейка зарабатывается тяжелым трудом, потом и кровью, а в особо запущенных случаях… разбитыми мечтами. Взяв однажды в долг, придется обязательно отдать взамен нечто более ценное. Часто в трехкратном размере. Судьба любит снимать проценты.
Именно поэтому я вернула Воскресенскому его деньги. Знаю, что он всего лишь пытался решить проблему привычным ему способом. Хотел откупиться от надоедливой, зудящей над ухом училки. Я ведь почувствовала его отношение, пренебрежительное и высокомерное. Видела снисходительно брошенные им купюры. Однако он оставил слишком много. Оценив свои убытки, я поняла, что не могу принять такую сумму. Юбка отстирается, да и куплена была по скидке и столько не стоит, а кресло я высушу.
Тайком прикарманить чужое – не мой метод. Я всегда плачу по счетам прежде, чем будет начислена пеня.
«Гонора много в тебе, поэтому ни бабла, ни мужика нет», – не упускает случая поддеть меня дома Семен, мой отчим. Каждый раз, когда я уточняю, почему задерживают выплаты на его работе и не хочет ли он поискать новую, начинает хамить. Я ведь не для себя прошу, а стараюсь ради мамы. Более того, сама не сижу сложа руки: две должности совмещаю и беру репетиторство. Но с недавних пор разделила наши бюджеты и больше не храню свои сбережения дома.
