9
0Усиленное патрулирование в местах сбора военнослужащих, с привлечением районных отделов милиции, должно принести какие-то положительные результаты.
Ну некуда им деться!
Все перекрыто. А словесное описание руководителя диверсионной группы имеется в каждой комендатуре.
Неожиданно позвонил полковник Мишин. И нервно, чего за ним раньше не наблюдалось, поинтересовался новостями.
– Ты чего не звонишь? – хмуро спросил он.
– Уже взялся за трубку, товарищ полковник, хотел позвонить вам, – малость слукавил Романцев.
– И что хотел сообщить?
– Только что отыскали машину генерал-майора Лосева.
– Она цела?
– Мне доложили, что цела. Только лобовое стекло разбито. Возможно бы сожгли, но просто побоялись привлекать внимание.
– У меня к тебе вот какое дело… Я бы мог поручить кому-то другому, но ты сейчас находишься на месте и лучше всех владеешь ситуацией… Нужно отыскать грузовик из сопровождения Верховного. Он куда-то запропастился.
– В нем находится что-то важное?"
"– Вещи и продукты Верховного. Конечно же, товарищ Сталин не останется голодным, о нем позаботятся, но это личная просьба товарища Серова.
– Товарищ полковник, Серов ведь по другому ведомству, и потребуются полномочия…
– Послушай, старший лейтенант, – голос полковника неожиданно посуровел, – ты назначаешься руководителем операции, сейчас у тебя такие полномочия, что тебе иной генерал может позавидовать. С Абакумовым все согласовано… В отделе НКВД Гжатска тебе выделили отдельный кабинет с ВЧ-связью. И еще… я не люблю неясностей. Почему это вдруг пропал именно грузовик товарища Сталина? Тебе не кажется это странным?
– Выглядит настораживающе.
– Вот именно… Номер машины, данные водителя получишь в шифрограмме. Сообщение будет ждать тебя в Триста сорок седьмой дивизии, у начальника контрразведки Фролова.
* * *Валерий Николаевич положил трубку и, вызвав дежурного, сказал:
– Пригласить ко мне всех руководителей подразделений.
Через полчаса в небольшом кабинете начальника отдела военной контрразведки СМЕРШ Тридцатой армии полковника Мишина собрались шесть руководителей подразделений. Два молодых майора и средних лет подполковник сидели на черном диване с протертыми валиками. Угрюмого вида подполковник, переведенный четыре месяца назад из Особого отдела в контрразведку, расположился на стуле по левую сторону от стола. Полковник Ивашин, заместитель Мишина, по правую сторону. И начальник Особого отдела фильтрационного полка Гаврилов, рыжеволосый майор, присел на стуле у самой двери.
– Что-то душно, – высказался Мишин, – давайте откроем окно, что ли.
Гаврилов поднялся и, вжикнув туго ходящими шпингалетами, распахнул окно.
