6
0
– Я хотела спросить: ты хочешь, чтобы я составила тебе компанию на берегу? Или пойдешь один?
Не выдержав ее взгляда, он сделал вид, будто потягивается, и снова растянулся на койке.
– Нет, конечно. Тебе понравится в «Фениксе»: Миза, Ирильта, Мурильо, Колл, Крупп… Хотя насчет него не уверен. Он, бывает, раздражает, но при этом безобиден… Наверное.
Он порылся у себя в кошеле, вынул оттуда монету – серебряный скипетр синих морантов – и стал ловко перебирать ее пальцами.
– То-то они удивятся, когда меня увидят.
Скиллара выдавила из себя улыбку.
– Возвращение блудного Резчика.
– Нет, про Резчика они ничего не знают. Тогда меня звали Крокус Новичок.
– И где же он теперь, этот Крокус Новичок?
Он помолчал, разглядывая монету.
– Умер. Давно умер.
– И как отнесутся к этому твои друзья?
Он резко поднялся, упорно пряча глаза.
– Не знаю. Думаю, не обрадуются.
– Слушай, я, пожалуй, отпущу тебя одного. Схожу с Баратолом и Чауром на ночной базар, погуляю – у вас же сейчас праздник, так? Звучит заманчиво. А знакомство с друзьями можно отложить на пару дней.
Он наконец взглянул на Скиллару.
– Уверена? Тебе не сто́ит…"
"– Уверена, – отрезала она. – Лучше, если этим вечером ты придешь один. На твою долю хватит расспросов, а я только буду все усложнять.
– Ну ладно. – Как Резчик ни старался, скрыть облегчение он не мог. – Но завтра обязательно приходи. В этом городе каждый знает, где «Феникс» – тебе достаточно только спросить.
– Конечно, приду, – ответила Скиллара, поднимаясь с койки. – Пойду разыщу Баратола, пока он не ушел без меня.
– Наверное, уже темнеет.
– Да, Резчик. Да пребудет с тобой милость Госпожи.
– Спасибо…
Но мыслями он уже был где-то в другом месте.
Дорогу некстати перегородил прокля́тый мул, и Скиллара грубо его отпихнула. Нет, зря она обижается. С чего бы? Он утешался в ее объятиях только потому, что никого другого рядом не было. Между ними разве чувство? Ни слова о любви, ни сонного разгоряченного шепотка после жаркой ночи. Просто удовлетворение, удобство и утешение – ничего более. А теперь… Что ж, всему приходит конец. Резчика манила встреча со старыми друзьями – с миром, в котором он знал свое место. Ему и так придется непросто, не хватало еще объяснять, где он подобрал толстую бывшую шлюху, не расстающуюся с трубкой.
У самого люка Скиллара замешкалась. Все-таки Резчик изменил ее. Как будто часть его неуверенности в себе передалась и ей. Куда-то делись ее обычные дерзость и бесшабашность? Где тот бойкий язык, защищавший от издевательств прокля́того мира? Здесь, на пороге величайшего города, который Скиллара когда-либо видела, подобная слабость была совершенно неуместна.
Что ж, пускай Баратол послужит ей опорой. Хотя бы на время.
На верхней палубе разгоралась буря.
