7
0
– Что ж, – начал Мураш, – как-то я врубился прямо в роту Багровой гвардии…
– Ты упал с дерева…
– …и вышел из свалки живым. А однажды я встретился лицом к лицу с диким вепрем…"
"– И вовсе не диким. Это была Тротцева зверюшка, а ты просто верещал, как свиноматка.
– …и в последнее мгновение перепрыгнул через него…
– Он тебя в стену впечатал.
– …Так что если у кого-то и достанет смелости сделать первый глоток, то у меня.
С этими словами Мураш схватил бутылку, рассмотрел клеймо на пробке.
– «Зеленый морант». Дешевка. Эх, была не была.
Обычно молочко разливали наперстками и подавали исключительно женщинам, желавшим забеременеть. Действует или нет, неизвестно. Возможно, организм переживает такую встряску, что беременность – единственный выход. Лишь бы не пить эту гадость снова.
Хватка достала светлый платок и помахала им над головой. Теперь придется дать им комнату и недельный постой. Надо же, посрамили мезланов. Боги, как давно нам не встречалась достойная компания.
Ради этого даже не жалко выпить кворлского молочка.
Мураш сделал глоток, поставил бутылку и тут же отрубился. Со стула он сполз мягко, будто без костей – судя по грохоту, они все перекочевали в голову.
Ну, почти не жалко. Хватка вздохнула и взяла бутылку.
– Как хорошо, дорогая, что нога у тебя выхолощена, – сказала она Дымке.
– Ты имеешь в виду – стерильна?
– Хотелось бы верить, но я не настолько наивна, – ответила Хватка. – Перед тем как выпьешь, проследи, чтобы они заказали нам повозку.
– Обязательно. До завтра, милая.
– До завтра.
Карга скакала вокруг зачарованного постамента, кося глазом на странный призрачный вихрь над ним. Сила чародейства Высшего алхимика была сладкой и дурманящей, словно пыльца опиумного д'баянга; от демона же разило чем-то неприятным и чужим. Впрочем, для Великой воронихи и ее сородичей этот аромат чужим не был.
– А ты смел, – обратилась она к Баруку, который, сложив руки, стоял перед постаментом. – Масштабы твоей силы и воли внушают уважение.
– Благодарю, – отозвался Высший алхимик, глядя на призванного и плененного им демона. – Наши беседы были… весьма содержательны. Конечно, перед нами не истинное физическое воплощение – скорее дух, отделенный от тела.
– И глаза у него нефритовые, – заметила Карга и раскрыла клюв в беззвучном смехе. – Что он тебе поведал? – спросила она, помедлив.
Барук улыбнулся.
Чиллбайс, сидевший на каминной полке, издавал неприличные звуки и похабно жестикулировал пухлыми ручонками.
– Пришпиль эту тварь к стене, – прошипела Карга. – Ну или хотя бы отправь ее обратно в трубу, с глаз моих долой.
Барук пропустил жалобы воронихи мимо ушей.
– Его тело сейчас очень и очень далеко. Мне удалось мельком его увидеть. Поразительно, насколько оно похоже на человеческое.
