6
0
– Отстаньте от меня! – прошипел жрец.
Обезьянки зашипели в ответ.
Искарал сплюнул – и тут же был забрызган вонючей слюной.
Он ударил себя по голове – бхок'аралы стали колотить по голове себя фруктами и ворованными драгоценностями.
Искарал Прыщ сощурился (свита тоже) и медленно поднял ногу. Бхок'аралы хором стали балансировать на одной лапе.
– Нижние боги, они все спятили, – пробормотал жрец.
Развернувшись снова, он уставился на приземистый восьмиугольный храм в пятидесяти шагах вниз по улице. Стены представляли собой безумную мешанину углов и впадин – настоящее царство теней.
– Мое новое жилище. – Искарал Прыщ вздохнул. – Скромная обитель, но моим нуждам отвечает… Конечно, я приведу ее в порядок, когда будет время. О, вам нравятся золотые подставки и шелковые салфетки? Просто первое, что пришло в голову, но звучит, по-моему, неплохо… Пауки? Нет-нет-нет, никаких пауков. Даже на порог не пускать. Мерзкие, отвратительные твари. Никогда не моются, вы что, не знали? Мерзость.
Бхок'аралы бессловесно поддакивали ему за спиной."
"– Впрочем, пусть их. Все-таки родня, по линии бывшей женушки. Ох, знать бы, нипочем бы не сунул голову в эту петлю, если вы понимаете, о чем я. Но такова жизнь: берешь себе жену, а вместе с ней тебе на шею садится весь ее семейный зверинец. И хотя ее уже нет со мной – остался лишь высохший панцирь лапками вверх, – за бестолковую родню я все же в ответе… Нет-нет, она совсем на них не походила. На самом деле она была даже хуже. Сознаюсь, временно помутился рассудком. Проклятие молодости, ничего не поделаешь… Когда же мы поженились? Да уж лет пять, пожалуй, будет. А кажется, целая вечность прошла. Ох, как я рад, как я рад, что с этим покончено… Еще вина, сладенькая?
Искарал Прыщ улыбнулся и направился к храму.
Полускрытые в тени ступеньки вели на затененную площадку под каменным навесом. Да, добротно сделано. Двойные двери храма были огромные, точно ворота; их покрывал бронзовый барельеф, изображающий несущихся Гончих в полный рост. Какое мастерство! Шерсть дыбом, жуткие пасти – все выделано с большой любовью.
– Да, двери – это я придумал, и сам же их и выполнил. У меня есть кой-какой талант. Ваяние, вышивание, рисование, кование – в смысле, ковка. Я просто использовал профессиональный жаргон… Вот, видите эту изящную погребальную урну? Она там. Да, моя ушедшая возлюбленная, возлюбленно ушедшая, к счастью, хи-хи-хи, ушедшая… Ох, скажу я вам, как непросто было втиснуть все ее лапы в такую тесную посудину. Понимаю, трудно поверить, что она поместилась в урну размером с кувшин вина.
