3
0
– Что? Умывалась?
– Съела что-то не то и меня вырвало.
Давид отстраняется. Обхватывает моё лицо ладонями, гладит пальцами впадинки на щеках, улыбается.
– Проблема только в этом? – тон игривый, вопрос неоднозначный.
– Только. Я не беременная, – сразу заявляю, чтобы муж не рисовал себе каких-либо мультиков.
Он вздыхает. Становится грустным, будто секунду назад ему сообщили вселенскую трагедию.
– Ты выкинула свои таблетки? – неожиданно спрашивает и в самый неподходящий для меня момент.
– Пока нет. Нужно посоветоваться с врачом, а только потом отменять...
– Дин, – хмыкает, – ты сама без пяти минут врач.
– Это не значит, что...
Давид не даёт мне закончить свою мысль. Прикладывает к моим губам палец, укоризненно качает головой:
– Не будем. Не сейчас. Хорошо?
Я соглашаюсь, а что ещё делать?! Муж не отступит – уверена на все сто процентов. Он хочет ребенка и это хорошо, правильно, но... Черт! Вот не могу ему доходчиво объяснить, что для меня ребенок – табу. Опять не услышит. Я понимаю, почему он не хочет меня слушать, ведь часики тикают и, к сожалению, стрелки не двигаются в обратную сторону. Мне двадцать шесть, а муж ещё старше. Ему нужен наследник и желательно в ближайший год-два.
Давид обнимает меня за талию и уводит из этого коридора. Идём к гостям. В зале шумно, людно. Столы ломятся от изысканных блюд, на небольшой сцене устроились музыканты – целый оркестр и вокалистка. Мы пробираемся через толпу, собравшуюся в честь именин моего свёкра. Давид крепко держит меня за руку, сжимая пальцы, а я послушно следую за ним, стараясь не отставать. Когда на горизонте маячит знакомая фигура, мы останавливаемся. Эрнест Юсупович сейчас занят. Беседует с несколькими мужчинами его возраста.
– Уже уходите? Так скоро? – лёгкая ирония, смешок.
Я оборачиваюсь, Давид – тоже.
Немая сцена. Без слов.
Высокая, красивая брюнетка. Длинные волосы собраны в тугой хвост на затылке, в ушах блестят бриллианты, а на шее сверкает подвеска с большим камнем, размером с маленькую монету.
– Добрый вечер, – произносит брюнетка, широко улыбаясь моему мужу.
– К добру ли?! – бубнит за моей спиной муж.
Я ничего не понимаю.
Кто она такая и почему смотрит на моего мужа таким вызывающим, неоднозначным взглядом?
– Рената, – девушка выставляет перед собой руку, но я не спешу её пожимать, поэтому брюнетка морщит нос, закатывает глаза и опускает руку. – Не познакомишь нас, Давид?"
"Оборачиваюсь. Вглядываюсь в лицо мужа и вопросительно выгибаю брови:
– Что сейчас происходит?
– Объясню потом, – цедит сквозь зубы Давид, а затем переводит взгляд на брюнетку, – Дина. Моя жена.
Рената ухмыляется, поджимает губы и сканирует меня своими огромными чёрными глазищами. Её взор колкий, пронзительный и неприятный.
