4
0Давид останавливается возле мерседеса. Усаживает Саньку в детское автокресло, а после открывает багажник и кладёт внутрь мою дорожную сумку."
"– Идёшь? – спрашивает, когда я до последнего не решаюсь сесть на сиденье рядом с ним. – Дин, я не кусаюсь, – улыбается, – садись.
Делаю глубокий вдох носом, выдох – через рот. Всё нормально!
Устраиваюсь на сиденье и сразу же отворачиваюсь к окну, чтобы нечаянно не встретиться взглядом. Давид считает иначе. Берёт меня за руку, слегка сжимая пальцы, и подносит её к губам, чтобы поцеловать.
– Поужинай сегодня со мной, пожалуйста.
Вздрагиваю, убираю свою руку и отодвигаюсь на край сиденья.
Он ухмыляется:
– Ты же сама сказала, что нам пора поговорить откровенно.
– Пора, но можно обойтись и без ужина.
– Предлагаешь выяснять отношения здесь, при ребёнке? – Давид кивает в сторону Сашки, и я понимаю, что он прав. – Дин, я же не много у тебя прошу. Один ужин без намёков на что-то другое.
Закатываю глаза. Намёки! Да они и не нужны, кажется.
– Ладно, я поужинаю с тобой, но только потому, что мне надоела вся эта дурацкая ситуация.
Глава 83
Дина
Когда я соглашалась поужинать с Давидом, то понятия не имела, что всё окажется таким помпезным. Да, конечно же, Давид в состоянии оплатить ужин в любом ресторане нашего города, но арендовать целый зал только для нас двоих? Нет, это слишком!
Я оглядываюсь по сторонам и несмело шагаю вперёд, не веря собственным глазам. Розы, орхидеи, тюльпаны… Они повсюду, как и декоративные свечи. В углу притаился целый оркестр. Живая музыка эхом разносится по залу, заставляя мой пульс биться немножечко чаще.
На середине пути я останавливаюсь, не решаясь идти дальше. Давид подходит со спины и робко касается моего плеча, скользя ладонью сверху вниз. Вздрагиваю.
– Нравится? – тихо спрашивает, шепча на ухо.
Мурашки бегут по моей спине очень быстро. Нравится ли мне? Сложно ответить «нет», а еще сложнее – сказать правду, поэтому я молчу, будто набрала в рот воды.
– Дин, – его низкий голос странно хрипит. – Скажи что-то. Не молчи.
Трудно говорить, когда внутри бушует ураган эмоций. Я злюсь, восхищаюсь, смущаюсь, теряюсь. Как описать эту гамму чувств одним словом?
– Я в шоке, – выдавливаю из себя.
– Надеюсь, в приятном, – его тон приобретает игривость, а руки – уверенность. Он прикасается ко мне не так робко, как минуту назад. Обнимает за плечи, сжимая и притягивая к своей груди. – Можешь не отвечать.
Я отстраняюсь, делая шаг вперёд. Оборачиваюсь и смиряю Давида холодным взглядом, как мне кажется.
– Зачем всё это? – киваю на музыкантов, цветы, свечи.
– Хотел сделать тебе приятно.
– Не надо, – качаю головой и, когда Давид намеревается сделать шаг, выставляю перед собой руку.
