Хочу играть в тебя

— Выспалась? — поинтересовался он светским тоном, будто это в порядке вещей, что я тут сплю, а он сидит и ждет, когда проснусь.

— Почему мы остановились? — произнесла быстро, стараясь скрыть волнение. Как я могла так безалаберно поступить? Взять и уснуть, да он мог завести меня куда угодно, и я бы даже не поняла. Что за глупость с моей стороны!

Машинально села ровнее, провела рукой по волосам и снова огляделась. Глаза почти привыкли к темноте, я узнала наш забор и тут же выдохнула с облегчением.

— Мы приехали к тебе домой, — сказал он."

"В голосе насмешка, так что сразу становилось понятным, что он с легкостью прочитал все мои мысли.

— Спасибо. Большое спасибо, что подвез, ты меня очень выручил.

Схватила свой рюкзак и выскочила из машины. Но не рассчитывала, что он выйдет за мной.

— Э, а ты разве не поедешь обратно?

— Ночью? Вообще-то я рассчитывал, что ты меня приютишь, раз уж так поздно.

— Ну…

— Если я попаду в аварию из-за плохой видимости на дороге, ты будешь виновата.

— Ладно, пошли.

Решила, что потом с ним разберусь, сейчас же главное — Зина.

Первая направилась к калитке, так сильно чувствуя его присутствие за спиной, что становилось не по себе.

Взлетела на крыльцо и позвонила в звонок, с опозданием сообразив, что дети, наверное, спят и я могу их разбудить. Через несколько секунд с той стороны двери послышались осторожные шаги.

— Кто там? — Зинкин голос звучал нервно и приглушенно.

— Зин, это я, — крикнула погромче.

— Аня? Все-таки приехала.

Сестра открыла дверь, бросилась мне на шею и зарыдала. Почувствовала себя не в своей тарелке, да еще он смотрит. А вот Зина даже не заметила, что я не одна.

— Зин, успокойся, пойдем в дом.

Попыталась образумить ее, повела вперед в кухню и усадила на стул.

— Зин, а где дети, они спят?

— Отвела к Любе, у нее ночуют. Аня, тут такое, если бы ты только знала! Надо было, ох надо было тебя слушать и разводиться пока не поздно. Что ж теперь делать-то?

— Зин, буквально минуту, и ты мне все расскажешь, хорошо?

Выскочила из помещения и прикрыла за собой дверь.

Марк прохаживался по гостиной и осматривался. Мне стало неуютно от того, что он может подумать о внутреннем убранстве дома. Вся обстановка, которую до этого я считала вполне приятной, вдруг представилась такой, какой мог бы видеть ее он. Убогой, бедной. Наверное, ни разу не бывал в простых сельских домах и то, что он видит, вызывает лишь чувство брезгливости. Впрочем, так даже лучше, может передумает оставаться на ночлег и поедет домой прямо сейчас.