Чужая луна

Жихарев шел к Слащёву без определенного дела. Просто у него это вошло в привычку. Через день, когда Нина Николаевна находилась на работе, он, если выдавалось свободное время, проведывал генерала и зачастую помогал ему и его денщику Пантелею в хлопотных хозяйственных делах. Пока Пантелей занимался с дочкой, Жихарев не отказывался иногда сходить на базар, забрать из прачечной постиранное белье или вместе с генералом скоротать пару часов за беседой, доложить ему последние слухи. Их каждый день рождалось множество, и какие-то иногда сбывались. Поэтому слухи не девальвировались, не теряли свою цену, и к ним относились так же серьезно, как и к газетным новостям."

"Слухи о том, что русскую армию собираются переселить куда-то на Балканы, будоражили всех русских не однажды. Но если прежде они возникали, как некий мираж, который вскоре рассеивался, то на этот раз Жихарев нес Слащёву газету на русском языке, в которой среди прочего находилась перепечатка статьи известного военного журналиста Колена о проливах, первоначально опубликованная в «Таймсе». В ней было прямо сказано: события развиваются так, что чуть раньше или чуть позже Мустафа Кемаль приберет к рукам всю Турцию, в том числе и ее проливы. Пребывание там русской армии грозит серьезными неприятностями. Озлобленные на союзников русские обязательно ввяжутся в возникший конфликт, который может перерасти в серьезное сражение, а то и в войну. И французы, которые разместили русскую армию в зоне проливов, не могут не понимать свою ответственность за возможные последствия.

В постскриптуме российский политический обозреватель Николай Пальчиков сообщил, что французы, видимо, озаботились назревающими событиями и предложили Врангелю покинуть Турцию и переселиться в Болгарию и Сербию. Чтобы подстегнуть Врангеля, французы наполовину урезали ежедневный продовольственный паек, который был обусловлен франко-русским договором, и до настоящего времени русские солдаты получали его в полном объеме.

И если бы не эта неожиданная встреча, во время которой Жихарев узнал Кольцова, все произошло бы так, как происходило прежде. Но тут Жихарева вдруг обожгла жестокая обида, какую нанес ему Кольцов еще в Феодосии. «Зачищая» сейфы покинутых богатых крымских особняков, Жихарев в одночасье разбогател, Но после встречи с Кольцовым ему пришлось, спасаясь от расстрела, бросить все награбленное и без гроша в кармане бежать в Турцию.

И вот он, этот большевистский комиссар, шел по улице, живой, здоровый, невредимый. И, судя по одежде, вполне успешный. К счастью, он не узнал его, точнее даже, не заметил, уставив глаза в землю. Значит, он — в его руках. Нужно только хорошо продумать, как лучшим образом это исполнить. Можно просто убить его. Ну, и что? Просто смерть.