3
0Меня с недавних пор уже никто ни о чем не ставит в известность, — беспомощно развел руками Нератов.
— Так чего ж мы тогда… — продолжил возмущаться Дзюндзя, но вдруг осекся. До него дошел смысл сказанного Нератовым: он уже не посол и в силу этого не может оказать им никакой помощи. У него, как и у них, нет никакой власти. И сколько ни стучи кулаком, ни кричи и не требуй — ничего не добьешься. И тогда Дзюндзя сменил тон и сочувственно спросил:
— Так, може, того… шо-то присоветуете?
— Думаю, вам следует обратиться к генералу Врангелю. У него вся полнота власти, касающаяся русских граждан. Все равно, так или иначе, но решать ваше дело будет только он.
Делегаты неторопливо направились к двери.
— Весьма сожалею, — вслед им вновь повторил Нератов. Какой смысл вложил он в эти слова, никто из них не понял.
Потом они всей гурьбой направились к штабу армии, уселись на ступенях у входа. Делегаты во главе с Дзюндзей, в сопровождении караульного начальника, отправились на переговоры к Главнокомандующему. Но уже через пару минут они вновь вышли на крыльцо.
Все сидящие на ступенях и просто на земле, направили на них вопрошающие взоры.
— Не прийняв! — недоуменно пожал плечами Дзюндзя. — Обозвав дезентирами, раскрычався и чуть не того… не дав по шее.
Толпа ахнула.
— Не, не самолично, конечно, — поправился Дзюндзя. — У нього под дверями такие мордовороты сыдять…
— Ну, и шо ж теперь? — спросил кто-то из толпы. — Може, есть хто, который над им?
— Вроде главнее нету.
— Може, усем обчеством зайдем? Побоится прогнать?
— Бесполезно, — сказал Дзюндзя. Он тоже опустился на ступеньку лестницы и досадливо закурил. — Надо какось с другого конца до энтого дела подойтить.
— Если шо-то знаешь, говори!
— Шо я думаю? — щуря глаза от едкого турецкого самосада, многозначительно сказал Дзюндзя. — Не может такого быть, шоб над ним не было начальствия. Той же султан, он над усеми генералами начальник.
— Над турецкими, это понятно. А над нашими?
— Французы, — подсказал стоящий в двери начальник караула.
— А шо, точно! — обрадовался такой подсказке Дзюндзя. — Мне мой однокорытник рассказывав — он тут одно время часовым при штабе состояв. Так шо он углядев? Наш часто до французов ездив, а они до нього — не шибко. Усе больше он. От и думайте, хто из них главнее?
— Ну, так пошли до французов! — загудела толпа.
— Теперь, раз уж засветились, надоть до конца.
— Ага! «Дезентиры!». Теперича, в случай чего, враз под корень сведуть!
— А франузы тут при чем?
— Раз они начальствие, пущай разбираются!
И они всем скопом двинулись на набережную, в резиденцию Верховного комиссара Франции в Константинополе.
Верховному комиссару Пеллё доложили, что его хотят видеть русские, должно быть, беженцы.
