7
0Знаешь почему? — Я так удивилась впервые услышать от него не прозвище, а имя, что даже не нашлась, что ответить. — Потому что нажать на курок на самом деле не так-то просто. И ты либо способен на это, либо нет.
Он замолчал, ожидая моей реакции. Но я так и стояла молча, не зная что тут добавить.
— Ты — не способна. И это не самое плохое качество для женщины, — негромко произнес Олег и едва ощутимо провел свободной рукой по моей щеке. — Иди к себе, зайчонок. И запомни как следует, что бывает с теми, кто меня предает.
Пауза затянулась, и мне пришлось развернуться, чтобы послушно вернуться наверх, но… Было стыдно и неловко, и я корила себя за собственную слабость, но ради Димки я готова была унижаться.
— Я хотела… — прокашлялась, развернувшись к хозяину дома. — Можно мне…
— Ах да, ты ведь для чего-то искала меня.
— Да.
— И в чем же дело? Готова попросить меня о помощи?
— Да…
— Я слушаю.
— Мне… — Во рту пересохло, и каждое слово давалось с огромным трудом. — Мне нужны деньги.
Олег иронично усмехнулся и подошел поближе. Теперь свет лампы хорошо освещал его лицо, и я могла различить снисхождение во взгляде.
— И сколько?
— Сто тысяч, — едва не плача произнесла я. Щеки горели от стыда. Наверное, этот момент был еще большим унижением, чем то, что я пережила от шуток Ареса. Там хотя бы не было моей вины, а тут… Я сама сознательно шла на сделку с дьяволом. Словно меркантильная шлюха. Да, мама может не остановиться на достигнутом. Но я надеялась, что это даст отсрочку и я что-то придумаю, чтобы отговорить ее от безумия с квартирой.
— Ты продержалась дольше других, зайчонок. Но сразу поставила высокую планку, — ухмыльнулся между тем Волков. — Зачем тебе такие деньги?
— Это мое дело. Если вы не хотите помочь…
— Ну, почему же. Меня такой цифрой не смутить. Но я хочу знать — зачем тебе деньги. Ты ведь даже одежду… — он многозначительно окинул меня взглядом, — все это время не принимала. А тут такая перемена. С чего вдруг?
Было горько и стыдно признаваться в собственном бессилии. И я не смогла. Мотнула головой и, развернувшись, ушла. Пока поднималась корила себя за идиотизм — разве такой человек, как Волков, мог сделать хоть что-то хорошее просто по доброте душевной? Конечно, нет. Я не сомневалась, что если бы я ответила на его вопросы, он бы в конце концов помог. Но сначала — поиздевался бы вдоволь. Как и его дружок Арес."
"И только когда забралась в душ и включила горячую воду, чтобы смыть с себя безумие, произошедшее внизу, поняла, что совершенно забыла спросить про больницу! Разрыдалась, как дурочка, что так сглупила. Пойти сейчас к зверю, которому не ответила, было плохой идеей. За эти дни я уже поняла — Олег не терпел, когда его не слушались. И наказывал.
