Чистилище. Янычар

Сливки должны всплыть, а все остальное…

– Сливки – как вы мягко о наших отцах народа. – Профессор сделал паузу и когда продолжил, голос стал немного другим, а тон очень серьезным и даже напряженным. – Вы уверены, что сможете остановить колонну? Что они не прорвутся мимо вас ко мне?

– Никто ни в чем сейчас не может быть уверен. Но я сделаю все, что смогу."

"– И ни в коем случае не открывайте прохода в бункер. Ни в коем случае. Похоже, что инкубационный период болезни – от примерно получаса до… Я не знаю до скольких. В Сети больше паники, чем информации, но кое-что понятно.

Заражение происходит массово, как будто всех на территории накрывает одновременно. Две трети людей подвергаются заражению сразу, начинаются судороги, это видно на всех роликах и в трансляции со всех веб-камер. Треть людей остается незараженной. Около трети. А потом… Потом почти половина из тех, что были поражены и бились в судорогах, встают. И… Начинается нечто вроде зомби-апокалипсиса. Смотрели этот фильм, как его?.. По роману… Вот, как в этом фильме – зомби получаются не вялые и медлительные, а очень подвижные и агрессивные. Любители человечинки и склонные к действию толпой. Так что…

Подал голос зуммер на пульте, кто-то пытался связаться с центральным постом от внешнего ограждения объекта.

– Я вам потом перезвоню, – сказал полковник и отключил связь с лабораторией.

У них еще будет время поболтать с профессором, обсудить текущие события. Зомби-апокалипсис, говоришь? Майору Петрову, например, этот жанр не нравится. Да и кому он может нравиться, если не на экране, а за стеной? И если эти зомби или как их там могут прийти за твоей дочерью… или она сама может стать…

Полковник приказал себе перестать думать о Марине.

Она уже умерла. Даже если еще досматривает сны в теплой постели. Умерла, и не нужно о ней думать.

Зуммер продолжал требовать ответа. Офицеры, сидевшие в центральном посту, поглядывали на полковника. В глазах был… нет, не страх. Напряженное ожидание. Может, не нужно поднимать трубку? Может, просто переждать? И там, за ограждением, за минными полями все само рассосется? А может, сейчас позвонят и скажут, что все, никакой эпидемии? Что все закончилось и можно отвезти жен и детей по домам?

Полковник протянул руку, переключил связь с трубки на динамики.

Повернул к себе микрофон на гибкой металлической ножке. Вздохнул, набирая воздух в легкие, и выдохнул:

– Да.

– Вы там спите, что ли?! – прозвучало в динамиках, и офицеры, как краем глаза заметил Иванченко, втянули головы в плечи. – Немедленно открывайте!

Голос был властным, не терпящим возражения, но, как показалось полковнику, не военный. Чиновник высоко уровня, но не военный. Даже не из ФСБ.