16
0Полковник себя презирал. Всю жизнь был уверен, что сможет не согнуться в любых обстоятельствах, но тут…
Ладно.
Все его сегодняшние собеседники уверены, что контролируют ситуацию. Полковник думал чуть иначе. У него нет связи с бригадой? Как сказать… И послать к лаборатории некого – тоже очень большой вопрос. Лейтенант Князев в бригаду не вернулся. На двух БМП съездил за своими людьми на шоссе, а потом прибыл назад. Объяснять комбригу, что именно случилось, не стал, сказал только, что бэтээры вышли из строя и он вынужден остаться на объекте.
Так и жили лейтенант и его разведчики в казарме. И время от времени он поддерживал связь со штабом бригады. Было там у них не очень весело – комбриг умер, настигла его мутация, часть выживших, воспользовавшись суетой и неразберихой, вдруг взбунтовались и ушли с боем из расположения на броне и с несколькими грузовиками боеприпасов.
Время от времени удавалось перехватывать радиопереговоры дезертиров, они активно прочесывали окрестные деревни и дачные поселки в поисках продовольствия, горючего и выживших людей.
Князев пару раз выходил на боевых машинах пехоты за периметр, добирался до выезда на шоссе. Лейтенант оказался человеком порядочным, насколько мог судить полковник по непродолжительным с ним беседам.
Странные это были разговоры – лейтенант перед камерой внешнего обзора и полковник за командирским пультом. Полковник отправлял всех из Центра, Князев гнал своих разведчиков куда подальше, и они беседовали. Иванченко рассказал о сути «Варианта Б». Лейтенант кивнул, показывая, что новую информацию к сведению принял.
Были у него какие-то свои принципы; информация о том, например, что в бункере находятся женщины и дети, с его точки зрения обязывала его остаться здесь, на месте, даже рискуя попасть под удар дружественных «Тюльпанов».
В общем, если правильно поговорить с Князевым, то, пожалуй, лаборатория не в такой уж безопасности, как хотелось профессору. Можно было прямо сейчас мигнуть фонарями на периметре, вызывая лейтенанта на разговор, и попросить… намекнуть, что неплохо было бы подготовиться к броску на лабораторию.
Полковник несколько минут обдумывал эту мысль, прикидывая ее плюсы и минусы, потом сообразил, что все это время поглаживает пальцами пистолет, лежащий в кармане куртки.
Рано, сказал полковник. Рано. Чуть позже.
Иванченко надеялся, что сказал это о разговоре с лейтенантом, а не о своем желании пустить себе пулю в лоб.
Глава 10
Совсем тихо уйти не получилось.
