9
0
А тут еще этот приезжий тип! Чего талдычит, непонятно, но по лицам окружающих видно, что ничего хорошего. В скатерть, требует, не заворачивайте меня! Да кто ты такой, чтобы тебя в скатерть не заворачивали? Или ты нашими скатертями брезгуешь, скотина? Сказано завернем – значит, завернем!
И Валера, решив, что ситуация кристально ясна, попер на Макара Илюшина.
3– Чем ты ему врезал? – вздохнул Бабкин.
– Салатничком, – миролюбиво отозвался Макар.
– Я тебя чему учил?
Илюшин поднял брови. Сергей Бабкин, тренированный боец, проводил в зале по два часа в день и учил Макара очень многим вещам.
– Удару по почкам, – предположил он.
– Мимо.
– «Кочке»?
– Мимо.
– «Цапле»?
– Снова нет.
– А что такое цапля? – на минуту оторвав руки от лица, спросила Саша.
– Это когда в глаз бьют длинным заточенным предметом, – любезно пояснил Илюшин.
Саша подумала и снова закрыла лицо руками.
– Очень редко применяется, – успокоил Бабкин. – Этим приемом вообще-то убивают.
Илюшин усмехнулся:
– Прикинь комизм ситуации, если б сначала померла бабуся, а потом прикончили жениха сестры! Во ужин с невестой выдался!
Бабкин одобрительно гыгыкнул.
– Вы два грубых мужика! – с тоской констатировала Стриженова. – Люди мрут как мухи, а вам лишь бы смеяться.
– Один точно грубый, – согласился Сергей. – Вот сидит.
Утверждение его выглядело, мягко говоря, преувеличенным. Макар Илюшин был худощав, не слишком высок, физиономию имел симпатичную и обаятельную, а волосы русые и вихрастые, что придавало ему сходство то ли со студентом, то ли с младшим научным сотрудником. В отличие от Сергея Бабкина, мускулы на нем не бугрились и рубашки не расходились по швам.
В смысле физической силы Илюшин во всем уступал своему щедро одаренному природой другу.
Именно поэтому Бабкин пять лет назад сам взялся тренировать его. «Дохляк! – ругался он. – Слабак! Тебя бить будут, а ты даже не трепыхнешься!» «Трепыхнусь!» – сопротивлялся Илюшин и показывал руками, как будет трепыхаться. Он ненавидел спорт в любом виде, кроме бега на короткие дистанции.
«Убьют!» – орал Бабкин. «Удеру!» – настаивал Макар. «Куда ты удерешь? До ближайшего травмпункта?» «Если он будет в пределах ста метров!»"
"Сергей подошел к делу жестко. Он поставил условие: они работают с Макаром вместе с одним условием: Илюшин начинает заниматься под его, Бабкина, руководством. «Не хочу душевной боли, – мотивировал он свое требование. – Привяжусь к тебе, скотине, а тебя грохнут. Мне будет грустно».
Илюшин ходил два дня мрачный. Бабкин, взятый им в помощники для выполнения черной работы, очень быстро доказал свою незаменимость. А также то, что слов на ветер он не бросает.
На третий день Макар сдался. «Давай, терзай мою плоть, мучитель».
