9
0Что Кристина безуспешно соблазняла Олега Сысоева, чем вышеупомянутый Сысоев был весьма смущен и даже пытался скрыть от нас…
– Балбес! – вставил Сергей.
– Оставим в стороне его интеллектуальные способности. Еще нам известно, что Григорий и Петруша собирались отомстить соседу, но ничего предосудительного не совершили, зато сосед куда-то пропал. Поскольку случилось это до того, как парочка мстителей наведалась на его участок, вероятно, не они послужили причиной его исчезновения.
– Протестую! – возразил Бабкин.
– Поддерживаю, – согласился Макар, подумав. – Нет никакой связи между его исчезновением и их визитом. Возможно, они закопали расчлененное тело в картошке и собирались зарыть поглубже, но их спугнули. Не исключено, что это совершила Алевтина. Та самая, которая подкупила последнюю любовницу Григория, дабы она распускала о нем нехорошие слухи. Что еще?
– Про Нину, – подсказала Саша.
– Ничего, – развел руками Макар. – Бабка намекала на какого-то Ивана, подозреваю, речь снова о соседе. Серега узнал у местных, что Кожемякин ухаживал за Ниной в юности, но она выбрала другого. Учитывая, что речь идет о событиях тридцатилетней давности, предлагаю не придавать им значения.
– Тридцать лет не так уж и много. Может, у них любовь горит и пылает, а старуха узнала и собиралась разрушить хрупкое семейное Нинино счастье! – возразил Бабкин.
Илюшин покосился на него подозрительно.
– Поверь мне, Нина крепко держит своего журавля за ногу, и попробуй разжать ей хоть один палец. Она тебе башку откусит.
Сергей в задумчивости снес только что выстроенную линию из костяшек домино."
"– Мысль о Нине не выходит у меня из головы, – признался он. – Засела там, как дюбель из монтажного пистолета.
Макар высоко поднял брови.
– Ты осознаешь, что вообще-то в норме дюбелю из монтажного пистолета нечего делать в голове?
– Смотря какая голова!
Стриженова на секунду зажмурилась. Нет, невозможно! С этими двоими невозможно толком ничего расследовать!
– Вы ничего не выяснили!
– Выяснили, Саш, выяснили, – вздохнул Макар.
– Только все эти семейные скелетики нам ничего не дают, – прогудел Бабкин.
– Почему?
Бабкин беспомощно взглянул на Илюшина, и тот взял объяснение генеральной линии партии на себя:
– Потому что цена им, Саш, в переводе на язык физических воздействий – максимум хорошая оплеуха, но никак не убийство. Это все довольно невинные секреты, понимаешь? Нечего нам предъявить следствию. Так что простите, братцы, но у нас как не было серьезного мотива, так и нет.
Все трое пригорюнились над изрисованными листочками.
– А еще я нутром чую, что следствие на этих фактах сидит и свежими погоняет, – внес свою черную лепту Сергей.
