3
0Так и есть, обе кровати пусты, Ирочка еще гуляет со своим социологом, а Таня быстро набирает текст на компьютере, поглядывая в лисицынские бумаги. Минут через пять я очнулся и понял, что стою как дурак и таращусь на Татьяну, не в силах пошевелиться. Она все-таки действует на меня завораживающе.
Решение созрело в моей голове раньше, чем я вообще успел что-либо понять. Я быстро вошел в комнату, подошел к Татьяне и взял ее за руку.
– Пойдем, – сказал я шепотом, удивляясь себе и плохо понимая, что я делаю и зачем.
– Куда? – так же шепотом ответила она.
– В сад.
– Зачем?
– Затем. Пойдем."
"Она послушно поднялась и спустилась вслед за мной по лестнице. Я повел ее в темную ароматную глубину сада, ни секунды не сомневаясь в том, что делаю все правильно. Не знаю, откуда появилась эта уверенность. Просто я знал, и все.
Я обнял Татьяну и начал целовать ее спокойно, нежно, без напора и спешки. И она отвечала мне так же спокойно и уверенно, словно мы уже много лет были женаты и жили вместе и мой внезапный порыв казался ей совершенно естественным и не вызывал ни удивления, ни смущения. Постепенно мои ласки становились все более требовательными, и Таня откликалась на них тихими стонами и умелыми движениями руки. Ее пышная грудь под тонкой трикотажной майкой не была стеснена ничем и так удобно ложилась в мою ладонь, будто самой природой была предназначена для моих рук. Возбуждение нарастало медленно, и не было в нем той страстной оголтелости, которая всегда охватывала меня и с Ритой, и с другими «стройными и длинноногими». Я плыл по волнам, тихонько покачиваясь, и было мне так хорошо, как совсем недавно во сне.
Мы медленно опустились на траву, и я еще успел подумать, как удачно, что юбка у Татьяны из какой-то темной ткани…
Потом мы еще долго молча стояли, обнявшись, и она гладила меня по спине и по плечам, а я целовал ее волосы и висок и думал о том, что мой ангелочек с крылышками и пухлой попкой достал из своего стеклянного барабана самый счастливый билетик, и после этого, наверное, пойдет сплошная полоса неудач, но это черт с ним. За все нужно платить, и за вовремя вытащенный счастливый билетик тоже.
Со стороны калитки послышались голоса, вернулась Ира. Мы торопливо выскочили из сада и уселись на ступеньках лестницы, ведущей в их комнату, как будто весь вечер тут и просидели.
– Привет, полуночники, – шепотом сказала Ирочка, подходя к нам.
– Привет, гулена, – шепотом откликнулась Таня. – Где была?
– Вы будете очень смеяться, но мы ходили на нудистский пляж купаться.
– А что, здесь и такой есть? – спросил я.
– Точнее сказать, был. Оказывается, месяц назад его закрыли. Туда нужно спускаться по канатной дороге, а в прошлом месяце одна кабинка сорвалась, и теперь там все ремонтируют.
