3
0
– Она сидит на веранде, успокойся.
Рита принялась вытаскивать из своей большой белой сумки персики, абрикосы и сливы.
– Вот если я не приду и не принесу фрукты, тебе никогда в голову не придет пойти на рынок и купить ребенку витамины. Ну что ты за отец, Стасов!
Я не стал рассказывать, как ходил сегодня утром на рынок и сколько фруктов и овощей, битком набитых витаминами, притащил домой. Мазаев бросил на меня быстрый понимающий взгляд, и я с облегчением перевел дух: он меня не сдаст. Хороший все-таки парень этот социолог-афганец.
Из кухни появились Таня и Ира, неся в руках тарелки с нарезанными овощами и зеленью. Я понял, что сейчас может начаться скандал, и мысленно поблагодарил судьбу за то, что рядом не было Лили.
– Познакомься, Рита, – произнес я, набрав в грудь побольше воздуха. Если бы я мог, я бы в этот момент зажмурился. – Ирина, жена Юрия. Татьяна, ее сестра. Кстати, я хотел тебе сказать: в понедельник мы все вместе уезжаем в круиз по Черному морю.
Слава богу, Рита онемела от такой наглости. Возникшая пауза дала возможность немного прийти в себя тем, кого я только что оболгал, навязав им несуществующие родственные связи. Первой опомнилась Ирочка. Она приветливо улыбнулась Рите.
– Будете с нами ужинать?
– Спасибо, нет, – сухо ответила та. – Я недавно обедала, и потом, у меня мало времени. Я что-то не поняла насчет круиза. Куда это вы собрались?
– Я же сказал: в круиз по Черному морю. На теплоходе «Илья Глазунов».
– С какой это стати, интересно знать?
– Ни с какой. Захотелось – и поедем. Лиля, между прочим, очень хочет ехать. Ей здесь уже надоело.
– А путевки?
– Мы их купили.
Ритка буквально пожирала глазами Татьяну, видимо, считая, что все это я затеял из-за нее. Оценивала соперницу. Похоже, она искренне полагала, что всю оставшуюся жизнь я должен страдать по своей экс-супруге и любить ее тайной любовью до гроба. И вдруг какая-то…
– Ну я не знаю, Стасов, ну ты вообще… – пробормотала она. – С тобой же нельзя ребенка отпускать.
– Это еще почему? – невинно поинтересовался я. – Там трехразовое питание, так что голодом я ее не уморю.
Таня и Ира продолжали молча носить из кухни тарелки и миски. Улучив момент, когда они снова отошли, Рита злобно прошипела:
– Ты не смеешь тащить с собой одновременно ребенка и любовницу. Это безнравственно. Я тебе запрещаю."
"Надо же, ее не смутило даже присутствие Мазаева. Ну Маргарита!
– Ты не можешь ничего мне запретить, дорогая моя, – спокойно ответил я, понимая, что этот бой я уже выиграл. Раз Рита не смеет высказываться в присутствии Татьяны, значит, она совершенно деморализована. – Мы с тобой в разводе, извини, что напоминаю. А оставлять ее здесь, на твоем и твоего любовника Рудина попечении, не менее безнравственно.
