5
0
Почувствовав, как по ногам и спине пробежали крошечные лапки с острыми коготками, я невольно задёргался. Накатила волна отвращения.
На Ёшики давно не было крыс. Не было комаров, мошки, бабочек, а также бродячих собак и кошек. Каждое животное ценилось на вес золота.
И сейчас я испытывал страх пополам с благоговением. Настоящее животное, которое не побоялось притронуться ко мне!
А вдруг оно залезет под куртку?.. Или ему взбредёт в голову полакомиться моей мягкой частью…
Пока я судорожно втягивал воздух и раздумывал, что делать, крыса благополучно спрыгнула с моего плеча и неспешно удалилась, волоча за собой голый сероватый хвост.
Выплюнув люминофор, я вытираю рукавом вспотевшее лицо. Чувствую, что пора подкрепиться, и найдя губами резиновый наконечник, делаю пару глотков армейского питательного коктейля, мягкая фляжка с которым отыскалась в рюкзаке.
Как только жидкость попадает в желудок, по мышцам прокатывается волна жара. И через пару минут я себя чувствую таким же бодрым, как и в начале путешествия.
…До Киото я добрался на мотоцикле. С одной поправкой: на заброшенном заводе Янаки мне пришлось переодеться… девушкой. Яркий блондинистый парик, набитый ватой лифчик, красная помада на губах и густо подведённые глаза.
Хорошо, что меня не видит Фудзи.
В таком виде ничего не стоило войти в замок сёгунов, предварительно купив билет и слившись с толпой туристов у входа…
Несмотря на страх и репрессии, и на повешенных на воротах дворца, туристов в Киото хватало. Город храмов — так его характеризуют путеводители. И те, кто потратил свои кровные денежки на дорогостоящий тур по достопримечательностям одного из самых старинных городов Ямато, не желал упускать впечатлений из-за какого-то там политического переворота.
Завтра туристы сядут в самолёт, и улетят в свои, более благополучные страны.
Наконец я чувствую, как неровная поверхность подо мной начинает подниматься. Ползти стало ещё труднее, но меня греет мысль, что скоро это закончится.
Ход ведёт в спальню императора, — инструкции Янаки я помнил наизусть. — Сейчас этой частью дворца не пользуются.
Ёмэй выбрал для проживания покои в непосредственной близости от Артефакта. Они находятся в западном крыле, более архаичном, без современной системы отопления и электричества.
Где логово Сётоку — никто не знает. Но не думаю, что он оставляет Артефакт без присмотра надолго.
В старых покоях твоей матери никого быть не должно, — продолжил старик. Я отметил, что он сказал ""твоей матери"". Но не стал его поправлять… — Когда у власти был Ёмэй, эти комнаты почти не навещали. Уборка раз в год — не более того. Говорят, на коврах до сих пор сохранились пятна крови…
Я сглотнул. А затем взял себя в руки и просто кивнул. Это старая история. Много воды утекло.
