6
0
Но машины и автобусы — это ещё не всё. По обочине тянулись пешеходы. У некоторых были нагруженные скарбом тачки, другие шли, опустив пустые руки, и покорно переставляя ноги.
У всех лиц было затравленное, потерянное выражение. Глаза немногих метали молнии — страх и злость перемешались, преобразовались в чувство потери, в боль, которую испытывает каждый человек, изгнанный из своего дома.
И все они двигались в одном направлении: прочь от Осаки.
На севере находятся русские военные базы, — знание всплыло, как всегда, в нужный момент.
Наконец впереди я увидел нужный поворот, и лавируя между машинами, проскочил в крайний ряд.
Дорога к рыбзаводу была пуста. Никаких холодильных фур, маленьких грузовичков с изображением смешной рыбки под зонтиком…
Да и сам завод казался вымершим. Не кивали желтыми шеями подъёмные краны, не слышны были гудки буксиров. И только чайки продолжали кружить над крышей, в надежде на выброшенные рыбьи потроха…
Когда я остановился у входа, сначала решил, что никого здесь нет. Но как только заглушил двигатель, высокая дверь, крашенная тускло-коричневой краской скрипнула и приоткрылась. На меня пахнуло запахом сухой рыбьей чешуи.
Не секретарь, — решил я, увидев верзилу в желтой рыбацкой робе. Снял шлем и коротко поклонился.
— Янака-сан ждёт, — ответил здоровяк и поманил меня внутрь.
Глава 19
…Ход был очень тесным. Приходилось ползти на карачках, но всё равно я то и дело задевал потолок. Куртка на спине протёрлась до дыр, пару раз я так сильно врезался макушкой в торчащие из потолка камни, что волосы слиплись от крови.
Темнота. Люминесцентная трубка, зажатая в зубах, освещает крошечный кружок света перед глазами, и окружающий мрак от этого кажется ещё плотнее.
Колени ноют, ладоней я уже не чувствую.
Пройти два километра под землёй. Когда Янака об этом предупредил, казалось: нет ничего проще. Но старик и сам не подозревал, насколько изменился подземный ход за последнее десятилетие."
"— Янака-сан, у меня к вам просьба, — сказал я, как только мужчина в желтом плаще провёл меня к боссу.
— Хорошо, — кивнул старик. — Чем смогу — помогу.
На вид он совсем не изменился. Всё тот же белоснежный костюм. Всё та же шляпа. Лицо бесстрастное, на нём почти нет морщин. Лишь от глаз разбегаются тонкие лучики.
Он совсем не удивился моему появлению. Казалось, в этом пустом здании, где бродило эхо прошлой бурной деятельности, он ждал только меня…
…Сколько ещё осталось? По моим расчётам, я прошел не меньше половины. В одном месте пришлось преодолеть завал: сначала вытащить несколько больших валунов, затем прорыть узкий лаз. Ах, как бы мне сейчас пригодилась магия!
Но предупреждение старика было очень строгим: никаких обращений к Эфиру.
