Черный феникс

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

Глава 2-4

— Ничего не поняла. — Честно призналась ей. — Феникс же сказал, что отец больше не имеет на меня влияния? Значит, я могу никакой процесс и не запускать… И вообще, вернемся домой! Ты мертва для этого мира, и я не позволю, чтобы тебя отправили на казнь! Я не могу тебя потерять…

— Извини, милая. Но мы не можем вернуться. Ты не можешь, ты — хранительница. Ты прошла инициацию. Тебе нужно остаться здесь, чтобы жить. Без магии, которой на Земле сущие крохи, ты быстро зачахнешь, и твой иллами не сможет помочь.

Пока не сможет. Ему нужно войти в силу, а тебе обучиться всему, что должен знать и уметь хранитель.

Она секунду помолчала, утерла слезинки тыльной стороной руки и продолжила.

— Летописи хранят, что девочки с наследной силой рода, которые проводили ритуал, не выживали. Прецендентов много, потому и существует такой закон, такая страшная традиция — умерщвление девочки, чтобы сила перешла следующему ребенку главы, но…  Я верю, Риша, я так сильно верю, что ты сможешь пройти ритуал и выжить, поэтому не думай обо мне, не оглядывайся, и будь, пожалуйста, счастлива.

Я нарушила слишком много законов своего мира, чтобы надеяться на снисхождение.

— Я не собираюсь ничему учиться, — вырвалось у меня. — Мне не нужен ни этот мир, ни магия, которой я не просила. Мне нужна ты, мама.

— Послушай, Риша! Ты уже взрослая и должна понимать, что наши желания не всегда созвучны нашим возможностям. Я бы тысячу раз пожертвовала своей жизнью, лишь бы ты жила. А потому не смей сдаваться. Ты полюбишь магию, полюбишь своего иллами и этот мир! Он прекрасен, как и все те, кто его населяют.

— Мама…

— Я возьму всю вину на себя. Ты можешь злиться на отца и его поступки, можешь возненавидеть род Аргхарай, но тебе нужна его поддержка и сила! Род Аргхарай не должен потерять свое влияние! — Мама вскинула руки, не давая мне и слова вставить. — От нее не смей отказываться. Я скажу, что родила близнецов, мальчика спасти не смогли, а ты осталась жива. И я пошла на подлог: оставила вместо себя иллами, это возможно, когда отрекаешься от него, он становится материальным, ненадолго, но этого бы хватило для свидетельствования моей смерти.

А сильфы и вовсе могут принимать облик хранителя, человеческий облик. Мой род мастера иллюзий, правдоподобных иллюзий…"

"Мама словно бы горела от лихорадки. Ее трясло, она говорила, много, сбивчиво и не давала мне и рта открыть. Вся ее экспрессивная речь сводилась к тому, что лишь она одна кругом виновата, и сама план придумала, и осуществила, а мой отец был вообще ни сном, ни духом.

— Ты поняла, Риша?

— Не поняла, — упрямо качнула головой. — Особенно момента про близнецов.