0
0И переживает, что его любимая внучка общается непонятно с кем.
— Ты не непонятно кто! — взмутилась Котова.
Я улыбнулся.
— Спасибо. Но он об этом не знал. Вот, выясняет.
Я указал рукой в том направлении, куда умчалась «Волга» капитана Зареченского.
— Понятно.
Лена вздохнула.
Секунд пять мы молчали. Шагали плечо к плечу по исчерченному трещинами тротуару.
— Так это она и есть? — тихо спросила Котова. — Та самая? Которая… по расчету…
Я кивнул.
— Она.
Мне показалось, что Лена вздрогнула.
Я взглянул на её лицо — заметил, что её глаза влажно заблестели.
— И что теперь? — сказала Котова. — Женишься на ней?
Мимо нас по дороге промчался грузовик — он оставил за собой шлейф из пыли. Я почувствовал, что на зубах у меня заскрипел песок. Сплюнул на тротуар.
Котова наблюдала за мной, не моргала.
— Нет. Не женюсь.
Я заметил, что Лена затаила дыхание.
Она смотрела на моё лицо. Хмурила брови.
— Не женишься? — переспросила Котова.
Лена остановилась. И будто якорь удержала на месте меня. Чуть склонила набок голову.
Я увидел, что на её переносице проявилась тонкая неглубокая морщина.
Повторил:
— Не женюсь.
— Почему? — спросила Котова. — Ведь… её дед… и отец… Москва… Ты сам говорил… и хотел…
— Говорил, хотел, — согласился я. — Но передумал.
— Сейчас?
Я покачал головой.
— Нет, ещё там, в пансионате. А может, и ещё раньше.
— Почему?
Я заметил, что с переносицы Котовой исчезла морщина. Увидел, что в уголках глаз у Лены застыли маленькие капли влаги. А в самих глазах рассмотрел крохотные отражения своего лица.
— Потому что я ещё не готов к женитьбе, — сказал я. — Даже на дочери полковника КГБ и внучке члена Политбюро ЦК КПСС. Я ещё слишком молод и глуп для такого ответственного шага. Неужели непонятно?
Котова кивнула, улыбнулась.
Капли всё же скользнули по её лицу: пробежали мимо носа, обогнули губы, на секунду замерли около подбородка и полетели на пыльный тротуар — Лена этого словно не заметила.
— Так и будем стоять? — спросил я.
Лена покачала головой — мы снова зашагали по улице в направлении трамвайной остановки. Я уже слышал, как там, за домами, грохотали по рельсам трамваи. Заметил, что Котова всё ещё улыбалась. Она шагала, чуть приподняв подбородок. Держалась за мой локоть, смотрела вперёд рассеянным взглядом. Я чувствовал, как её плечо то и дело чиркало по моей руке. Невольно вспомнил, как шёл к пансионату «Аврора» рядом с Настей Бурцевой. Будто наяву вновь почувствовал запах табачного дыма. Мысленно воспроизвёл несколько витиеватых фраз о «пещере Платона». Усмехнулся.
Котова повернула ко мне лицо.
— Серёжа, а когда она тебе приснилась?
— Кто?
— Эта девушка из Москвы. Настя.
Лена взмахнула ресницами.
— Ведь ты же знал, что встретишь Настю там, в пансионате, — сказала она.
