1
0
— Андрей Александрович! — воскликнула она. — Гений — он гений во всём! Вы — гений!
Миронов скромно опустил взгляд. Взял из Настиных рук ручку и сказал:
— Мне написать импровизацию, или вы продиктуете послание?
— Продиктую, — ответил я.
Андрей Александрович перевёл взгляд на меня — его улыбка не угасла. Кивнул.
— Говорите, Сергей, — сказал Миронов. — Только, будьте добры, помедленнее: я записываю.
* * *От Театра сатиры до дома Бурцевых мы поехали на всё той же чёрной «Волге»: Елизаров встретил нас после представления около главного входа в театр.
По дороге мы с Настей обсуждали спектакль и встречу с известными актёрами. Фото с автографами Настя не убрала в сумку — держала его в руках. Даже когда курила.
Машина свернула на Кутузовский проспект, когда я сообщил Бурцевой, что утром уеду. Настя растеряно похлопала глазами. Сказала, что занятия в МехМашИне начнутся только на следующей неделе. И что «у нас есть ещё несколько дней». Но я ей напомнил, что не задумывал в сентябре поездку в Москву. Заявил, что меня сейчас в Новосоветске дожидались родители. Рассказал: мы с отцом запланировали, что до конца сентября «подлатаем» крышу летней кухни и привезём «на зиму» уголь.
— Папа сам не справится.
— Но я думала…
— Я обещал, Настя. Красную площадь, Мавзолей Ленина, ГУМ, ЦУМ и прочие достопримечательности Москвы посмотрю в следующий раз. Если пригласишь в гости. Сейчас на экскурсии нет времени."
"Я покачал головой, посмотрел на влажно заблестевшие Настины глаза.
Сообщил:
— Мой поезд отправится от платформы Павелецкого вокзала завтра в шесть утра.
* * *Бурцева заявила, что ждёт меня в гости зимой во время каникул. Не только меня, но и «всех наших». Сказала, что напишет Лене письмо и озвучит своё приглашение в нём.
Мы с Настей болтали до полуночи. Пока Евгений Богданович в приказном порядке не завершил наши посиделки. Примерно в два часа ночи я снова слышал голоса Бурцевых — в прихожей около двери в гостиную, где я спал.
Евгений Богданович выпроводил меня из своей квартиры, когда его дочь ещё не проснулась. В придачу к моей сумке (потяжелевшей от книг и пластинок) он вручил мне ещё одну. От той пахло копчёной колбасой.
— Родителям отдашь, — приказал полковник КГБ. — Это им небольшой презент. Из Москвы.
Я поблагодарил Бурцева. Попрощался с ним «до зимы». В подъезде у двери меня встретил Елизаров. Лейтенант отконвоировал меня к машине. В салоне «Волги» он вручил мне белый конверт.
— Оперативно, — похвалил я.
Вынул из конверта одну единственную фотографию (форматом десять на пятнадцать сантиметров). Цветную!
— Неплохо смотримся, — сказал я. — Как настоящая дружная семья.
Елизаров усмехнулся, но промолчал.
* * *В поезде я почти всё время спал.
Доехал до Новосоветска без приключений.
