Черный человек

Председатель СЭКОНа поклонился, пряча усмешку в глазах, и вышел, элегантный, уверенный в себе, сдержанный, с легким налетом высокомерия, и Боянова тут же забыла о нем, как о досадной, но легкоустранимой помехе. Она любила работать в одиночестве, опираясь на опыт, запас знаний и быстродействие инка, и лишь по особой необходимости вызывала заместителей и дежурных по управлению.

После одиннадцати позвонил Шевчук. Его динго-призрак, казалось, заполнил собой кабинет, настолько заместитель комиссара был колоритен и объемен. Поскольку оперативные сведения о работе секторов и комиссий поступали комиссару постоянно и своевременно, то есть она всегда была в курсе событий, то ее беседы с заместителями и начальниками секторов носили консультативный характер, если же звонил кто-то из аппарата тактического руководства, это означало, что требуется согласование планов – тактического и стратегического. Но Шевчук искал комиссара по другому поводу.

– Космос настолько прозрачен и чист, – сказал он, – что это невольно вселяет беспокойство. Все наши векторы прежних тревог уперлись в глухие тупики: Маат и Орилоух опустели, «серая дыра» закрылась, сфера Дайсона еще ничем себя не проявила и особой опасности для исследователей не представляет. Только эйнсоф, пресловутая «сфера Сабатини», требует внимания, да и она относится больше к планетарной службе, а не пограничной. Мне кажется, назревают какие-то события, но какие именно – неизвестно.

– У меня такое же ощущение, – призналась Власта, относившая Алексея Шевчука к разряду своих редких друзей. – Разве что область тревог моих земная: в обществе растет смута, странный духовный раскол, кампания против интрасенсов усиливается, а для качественного эфанализа – чем это все закончится – не хватает данных. Прогностический шум слишком велик, varia bles[138] растут в геометрической прогрессии, добиться максимально возможного сокращения альтернатив не удается, и в результате получается головная боль, а не прогноз… – Боянова прервала речь, хотя Шевчук слушал ее с невозмутимым видом. От его крепкой фигуры исходила успокаивающая уверенность и сила.

– Тебя беспокоит не только это, – сказал он. – Шаламов?

– Он – в последнюю очередь. В конце концов Шаламов – одиночка, пусть и с экстразадатками, справиться с ним, если он поведет себя ненормально, мы сможем.

– Даже если Мальгин и Лондон примут его сторону?"

"Боянова покачала головой, вспоминая недавние предостережения Майкла и просьбу Мальгина взять на время отпуск.

– Лондон, который вернулся, не станет на сторону Шаламова… если только это настоящий Лондон, а Мальгин… его я знаю мало, но зато знают другие, которым я доверяю, а они верят ему.