8
0Не тут ли собака зарыта? Может быть, хотят сразу двух зайцев убить — всучить и нам, и французам с англичанами хорошо подготовленную дезинформацию, а ударить совсем в другом месте? Этот вопрос надо безотлагательно проработать: если догадка верна, то дезинформация будет масштабной, носящей не только военный, но и политический характер.
Так, а что с Волковым? По сведениям, полученным от Семенова, капитан прибыл на место. Связался ли он с Марчевским, поверил ли тот ему? Ведь Волков, согласно разработанному плану операции, должен прийти совсем не так и не оттуда, как ожидал бывший полковник. Сколь долго сможет продержаться Волков в абверкоманде? Для немцев он не слишком дорогой материал — используют и без всякого сожаления могут уничтожить, они дорожат только арийцами.
Видимо, в свете данных о подготовке немцев к большой войне на Востоке, стоит продумать варианты длительного использования возможностей Марчевского. Не одной картотекой он может быть полезен советской разведке и делу освобождения своей многострадальной родины — Ругге и его хозяева вряд ли отпустят от себя бывшего польского разведчика, особенно если развернутся широкие события: упоминать слово «война» Алексею Емельяновичу как-то очень не хотелось. Несмотря на то, что он с самого начала знал истинную цену договора, заключенного гитлеровской Германией с СССР в тридцать девятом году.
Итак, стоит подумать о том, как сохранить Марчевского после получения от него сведений, содержащихся в захваченной немцами картотеке. Придется капитану Волкову взять на себя основную нагрузку в этой операции, которая постепенно начинает превращаться в часть большого, уже стратегического замысла. После выполнения задания Волкову придется уйти — немцы, конечно, долго будут настороже, перетряхнут все и вся, но до той связи капитана, о которой подумал генерал Ермаков, им вряд ли удастся добраться: для ее прикрытия предприняты все необходимые меры. Да и Марчевский останется вне подозрений, и ему станет легче внедряться прочно, надолго: Ругге сам его нашел, а себе он верит!
Алексей Емельянович вновь переставил фигурки на шахматной доске. Он уже догадался о маленьком черном пехотинце, выдвинутом впереди боевых позиций, скорее всего, Бергером. А вот они о его человеке, который должен вступить в игру, сменив Волкова после выполнения им задания, догадаться не должны. И он решительно поставил позади своих фигур, на самом краю черно-белого поля, скифского всадника на белом коне.
«Гунн» — под этим псевдонимом генералу был лично известен очень способный разведчик, опытный, хорошо законспирированный.
