Человек с чужим прошлым

Может быть, потом он будет вспоминать это происшествие с улыбкой, но сейчас хотелось уйти как можно дальше — черт их маму знает, что взбредет в голову эсэсовцам на площади: возьмут заложников, a то и просто начнут стрельбу по безоружным — оккупация!"

"По сторонам улицы целые дома начали перемежаться с развалинами, оставшимися после прошлогодних бомбежек. Остатки стен торчали выкрошившимися зубами, кое-где между кучами битого кирпича уже начала пробиваться чахлая трава. От многих домов остались только коробки с пустыми проемами окон; в одном месте он увидел чудом сохранившийся кусок комнаты на третьем этаже, с обгорелой железной кроватью у стены, а дальше пола не было — просто неровно обгрызенные перекрытия и торчащие куски искореженных балок.

Наверное, жуткое здесь место по вечерам и ночью — тихо, нет фонарей, каждый шорох кажется притаившейся, подстерегающей тебя неизвестной опасностью.

Стремясь сократить путь, Выхин свернул в проулок между разбитыми кварталами. Мостовая здесь была расчищена от обломков и можно пройти на параллельную улицу. Еще несколько минут — и он выйдет к кинотеатру, а там уже рукой подать до шоссе, которое ему нужно. Кроме него других прохожих не было. Стараясь скорее миновать мрачное место среди развалин, Выхин непроизвольно прибавил шагу.

— Стой!

Окликнули тихо, но с явной угрозой. Остановиться или, на всякий случай, лучше нырнуть в пустой дверной проем стены бывшего трехэтажного дома? Кто может его здесь окликать? Впереди никого, сзади тоже никто не шел.

— Стою, — Выхин решил все же остановиться.

— Кто вы? — спрашивал мужчина, голос доносился сбоку, из-за кучи щебня.

— Приезжий, — лаконично ответил Выхин, осторожно поворачивая голову.

— Не двигайся! — приказал тот же голос. — Поляк?

— Русский.

— Из эмигрантов?

— Да… Что вам нужно?

— Немцы поблизости есть?

— Нет. По крайней мере я не видел.

— Приехали с утренним поездом?

— Да. Скажите, что вам надо, или я ухожу! — разозлился Выхин. — Хватит ломать комедию!

— Подойдите сюда! — голос невидимого собеседника звучал уже не угрожающе, а просительно.

Повернувшись, Выхин зашел за кучу щебня. Опершись рукой о выступ разрушенной стены, там стоял тот самый мужчина, бежавший через площадь. Его правая штанина намокла от крови, лицо было бледно, губы страдальчески кривились. Увидев Выхина, он поднял пистолет.

— Это лишнее! — поморщился тот. — Вам нельзя стрелять, иначе немцы тут же окажутся здесь. Как вам удалось оторваться от них?

— Были на площади? — вместо ответа спросил мужчина, не опуская оружия.

— Был… Чего вы хотите? Я уже второй раз спрашиваю об этом. Остановили, чтобы поинтересоваться национальностью и видел ли я, как вы удирали от патруля?

— Я ранен, — мужчина убрал пистолет. — Рядом есть подвал.