Чеболь. Сборник

Уничтожили более пятисот человек, из них активных агентов было значительно меньше, но я вытащил информацию и о спящих боевых группах, агентах влияния…

Жаль в Китае ко мне были менее лояльны, могли бы вообще вычистить всех шпионов Пхеха… Операция прошла быстро и чисто, так как работали только наемники, а около трупов были оставлены исчерпывающие доказательства вины убитых. Большая часть вопросов со стороны сил правопорядка тут же отпала: разборки спецслужб, иностранный шпионы наказаны и все такое…

Империя Коре даже ноту протеста выставить не смогла. Сделаешь так - де-факто признаешь наличие и уничтожение своей агентурной сети. А вот МИД Японии, наоборот, отжег. А как же огромная шпионская сеть, кадры с оружейными складами, архивы похищенных промышленных и военных секретов, предатели внутри военного ведомства и других государственных органов. Тем более Гэндзи искал повод для войны, а тут такой подарок.

Публичная часть встречи с Императором Японии прошла без каких-либо сенсаций. Лидер высокотехнологической, сильной державы принимал признанного им же туземного царька. Я обещал нефть и металлы, Япония сулила высокотехнологические товары и поток инвестиций, все, как всегда. Только под конец Гэндзи позволил себе высказаться по поводу корейских шпионов, так нагло окопавшихся в центре Токио.

Пхеха изрядное подставился. Оружие, боевые группы готовились для противостояния с агентами Чинхва и покушения на меня. Там и мысли не было вредить Японии, с которой, итак, не самые радужные отношения. Но кому теперь докажешь, что впечатляющие арсеналы стрелкового и даже тяжелого оружия собирали не против мирных жителей Токио? А именно так интерпретировал все находки Японский император. А, что? Имел полное на то право!

Отстояв положенное перед объективами камер и даже проведя небольшую пресс-конференцию, высокие стороны удалились за закрытую дверь. Ходить далеко не пришлось, буквально в следующей зале был накрыт ужин на две персоны, ничего сверхъестественного, рыба, мясо, овощи, фрукты, все приготовлено со знаменитым японским минимализмом.

- Ты как? Я после всех этих мероприятий всегда есть хочу, - как будто старому товарищу заявил Гэндзи.

- Я на аппетит не жалуюсь, - ответил я, принимая тон японского коллеги.

- Тогда прошу к столу, - сделал широкий жест Гэндзи.

Какое-то время мы отдали должное искусству поваров. Вся еда без исключения была вкусной, но какой-то нейтральной, что ли. В принципе логично специфика международных приемов диктовала свои условия: еда не должно быть слишком острой, слишком экзотической, слишком… Приходиться усреднять, чтобы гости не оказались в неловком положении.

- Как вам рыба? – вежливо поинтересовался Император, когда первый голод был утолен.