Чеболь. Сборник

Ведь беря в плен такое количество военнопленных нельзя не прогнозировать их будущее освобождение, времена, когда всех сдавшихся казнили давно канули в лету. А это значит рано или поздно клан столкнется с местью когда-то униженных врагов, воинственных и как показывает история довольно злопамятных.

Полковник Маккейн был настроен выторговать максимум привилегий при капитуляции, все-таки под его рукой тридцать пять тысяч отлично вооруженных, не потерявших дух, свирепых гуркхов. Британец как минимум рассчитывал на отправку в Пуштун с оружием и почестями, но, когда офицеры Чинхва отмахнулись от парламентеров и их пожеланий, попросту заявив, что не заинтересованы в переговорах, до Маккейна стал доходить истинный размер катастрофы.

-, что происходит, Томми? – Маккейн уже знал результат предварительной встречи, но в таких делах информация из первых рук могла дополнить сухой отчет, возможно эмоции, невербальные знаки переговорщиков дадут более ясную картину происходящего.

- Командир, эти дикари ведут себя хуже высокомерных лордов, они просто вытерли ноги об нас, я хочу надрать задницы этим тварям, - капитан Томми, не мог скрыть своих эмоций после того, как парламентеров принял какой-то низко ранговый офицер и отправил ни с чем обратно.

- Томми, мне сейчас не твои чувства нужны, а трезвые соображения, соберись! – резко одернул Маккейн малоинформативный поток речи от излишне эмоционального подчиненного.

- Извините, полковник, не сдержался. Нас даже не допустили до офицеров штаба. Принимал какой-то полу штатский специалист. Этих азиатов не разберешь, желтомордая макака, даже не поменяв выражения лица заявила, что к переговорам допустят только вас.

- Ну мы предполагали такое развитие событий, - подбодрил парламентера Маккейн.

- Это так, командир, хотя такой вариант считался маловероятным, я выучил все реперные точки наизусть и как по писаному потребовал гарантии безопасности для вас и предложил свой вариант встречи на нейтральной территории., что, напомню, считалось для нас максимальными уступками, положенными по протоколу. Большего не требовала даже старушка Британия от немцев после взятия Берлина.

- Кончай со своими историческими сравнениями, ближе к делу, - начал закипать Маккейн, толи от бестолкового Томии, толи от вопиющей бестактности корейцев.

- Тысячу извинений, командир, эти макаки меня действительно нешуточно разозлили. Они отказались сэр! Никаких гарантий с их стороны! Вы должны явиться один, безоружный, без артефактов, особенно они отметили артефакты против магии разума.

- И все? – Маккейн был разочарован и взбешен одновременно, большего унижения в его жизни не было, после такого он должен закусить губы в кровь и биться до последнего.

- Да, командир, больше они мне ничего не сказали.