Чеболь. Сборник

Как-только передовые отряды Дулатов достигли второго ряда бастионов, их накрыл объемное заклинание «Пустынного пламени», заживо сгорело несколько рот и с таким трудом полученные из Российской Империи танки. Заклинание было уровня гранда. Но учитывая, что по штурмовикам стали работать только в определенном месте, появилось подозрение о работате артефакта гигантской мощности. В пользу этой версии говорил и тот факт, что до этого маги адайцев почти не работали на передовой. Скорее всего они сливали свои резервы, наполняя артефакт.

Эта полоса cтала непреодолимо преградой, понятно, что надолго плетения такой мощи не хватит, но весь вопрос насколько? Судя по всему пользуясь магической защитой адайцы перегруппировали войска и, оттянув первую линию защитников с флангов, заполнили ими брешь в обороне.

Пока на неподготовленных позициях, но с каждым часом пехота и техника восстанавливали былую монолитность защиты перешейка, которую с таким трудом удалось разрушить.

Момент был упущен, десяти тысяч бойцов хватало, чтобы закрыть узкий перешеек на пять или даже шесть раз, так, что у защитников Мангышлака было еще достаточно сил и средств огневой поддержки, чтобы восстановить прежнюю плотность и глубину обороны.

Изобретательная и где-то даже отчаянная атака магов земли и саперов в итоге не привела ни к чему. Единственным успехом клановой пехоты был захват нескольких полуразрушенных бастионов, практически вклинившихся в оборону противника, но при таком интенсивном огневом контакте удержать их надолго было невозможно.

Первая удача так быстро сменившаяся провалом немного обескуражила турдахаудов да и самого Тайра Мансуровича, но общий план атаки даже не был рассчитан на такой успех, роль Дулатов на сегодня – отвлечение внимания и в любом случае они с этим справились на отлично.

Занятые мониторингом ситуации на перешейке офицеры клана Адай проморгали массированную высадку пехоты Чинхва.

Корпус, сформированный из бойцов родов Табын и Шекты Ен Чун поставил напротив наемников из Ширвана, защищавших Тузтау с Востока. Каракесеки блокировали бойцов, защищавших перешеек, Пенхва перекрыли Тузтау с северной стороны, Юг остался за Чинхва и наемниками Тхэбон. С запада крепость прикрывал Каспий и мощные портовые батареи, но морской путь надежно заблокировали сторожевые корабли Александра Ивановича.

Нашим судам было не с руки тягаться с британскими пушками, но ничто не мешало контролировать залив, находясь вне зоны досягаемости вражеской артиллерии. Осада Тузтау началась!

Тузтау, личные покои эмира Аскерзаде.

– Шешен, этот корейский ублюдок предал нас, предал!

– Досточтимый эмир, у нас достаточно сил, чтобы дать укорот этим котакпасам, клянусь хлебом эти твари умоются кровью.