Часовое имя

На Захарру было жалко смотреть: лицо ее побледнело, а губы мелко дрожали. Она сейчас так люто ненавидела Феликса! Но тот лишь ехидно прищурился в ответ — да, Захарра приходилась близкой родственницей — племянницей самому Астрагору, но ее положение в ранге учеников было чуть ли не самым низким. Она оглядела лица других учеников: да, все они казались обеспокоенными — скорее всего, переживали, чтобы учитель не покарал их всех за это злосчастное письмо. Но поразило ее другое — ни в одном взгляде, направленном на нее, девочка не увидела даже капли сочувствия."

"«Вот тебе и наши…» — горько подумала она.

— Значит, они посетят прорицателей, — между тем задумчиво произнес Астрагор. — Интересно, зачем это понадобилось? Неужели Черная Королева решила играть по-крупному? Собралась менять будущее… Как тебе удалось получить это письмо? — вдруг спросил он, не глядя на Захарру. — Ты ведь не давала его на проверку Року, не так ли?

Девочка втянула голову в плечи и лишь затем отрицательно покачала головой:

— У меня есть летун… Самолетающее письмо…

— Вот как? — заинтересовался Астрагор.

Захарра побледнела еще больше.

— Перелетает из личного уголка в личный уголок, — едва слышно прошептала она.

— Как любопытно… Придется проверить все ваши комнаты. Может, найдется еще что-нибудь интересное. Рок, займись этим.

Тот мгновенно поклонился:

— Будет сделано, учитель.

— Так вот где находится самое слабое место Змиулана. — Астрагор обратил свои бездонные черные глаза к Захарре.

Астрагор перевел взгляд на Фэша, тут же опустившего голову, и растаял в воздухе, оставляя учеников в полном замешательстве.

— Поздравляю, вы доигрались, — жестко произнес Рок. — Пусть каждый из вас вернется в свою комнату и ждет моего прихода.

Как только он закончил свою речь, всех учеников как ветром сдуло — наверное, спешили припрятать подальше свои личные секреты.

— Зачем ты с ней переписываешься? — прошипел Фэш, когда они с Захаррой завернули за угол. — Лучше бы ты Нику писала! Всех нас подставила.

Та одарила его сердитым взглядом.

— Надо было меньше сомневаться, — огрызнулась она. — Если бы ты сразу взял письмо, то никто бы ничего не узнал.

— Могла бы на словах рассказать… Да и вообще, мне оно не нужно было! — пуще прежнего разозлился он. — Я тебе зачем летуна отдал, а? Надо было сразу догадаться, для чего он тебе… Если узнают, что это я его сделал…

— Никто ничего не узнает, — угрюмо произнесла Захарра. — Если снова будут спрашивать, я скажу, что купила его в Астрограде.