Девочка оттолкнулась ногой, чтобы немного раскачаться, и закрыла глаза, отдавшись мерному движению качелей. Она вспомнила, какие интересные вещи говорил ей сегодня зодчий. Все-таки у него необыкновенная профессия… И как же он интересно рассказывал о судьбоносных вещах. Василиса мгновенно вспомнила о музыкальной шкатулке из комнаты Николь. А вдруг в ней тоже кто-то жил… И подобрал такой мрачный интерьер. Даже светильники в этой комнатке были сделаны в виде летучих мышей, удерживающих матовые шары в своих мерзких лапках.
Василиса раскачалась еще больше.
Василиса вдруг замерла, резко притормозив ногой о ветку — качели воспротивились немного, но все же остановились.
Эта новая мысль была такая яркая, волнительная и шикарная, как праздничный фейерверк из тысячи петард!
Как же все просто!
Василиса чуть не задохнулась от прилива неожиданного, всепоглощающего восторга. Она вскочила и взволнованно принялась мерить шагами дубовую ветку, пройдя до лестницы, ведущей вниз, а затем повернула обратно.
Да, да, да! Эта странная музыкальная шкатулка, вся изрисованная внутри крыльями летучих мышей, может быть настоящей!
НАСТОЯЩЕЙ ЧЕРНОЙ КОМНАТОЙ.
Во-первых, там полно тайных знаков ЧерноКлюча. Во-вторых, раз когда-то ставили дома фей на музыкальные шкатулки, это вполне могло быть распространенным явлением. И наконец, Николь. Василиса спросила ее, является ли эта комната игрушек той самой Черной Комнатой. Она ответила отрицательно, потому что Василиса спросила не о той комнате. А ведь именно Николь повернула ключик в шкатулке, привлекая к ней внимание своей гостьи. Наверное, это был знак? А может, девочка просто хотела похвастаться любимой игрушкой…
Но ведь и в пророчестве говорилось о феях и Стальном Зубке… Василиса наморщила лоб, пытаясь вспомнить слова слепой Агаты предельно точно: «То, что кажется нам большим по определению, на самом деле гораздо меньше.
Василиса уселась обратно на качели, заложив руки за голову. Фэш говорил, что часы для перехода уже настроены.









