2
0
Она молчит, не спорит со мной, что немного удивляет. Смирилась? Вряд ли.
Лишь когда мы оказываемся в пентхаусе, она выдает мне свои мысли. Сразу, без подготовки, когда я уже собираюсь отправить ее в ее комнату.
— А по-моему, ты сегодня не выиграл, а проиграл, Баев. — Она стоит в прихожей, скрестив на груди руки, и мрачно смотрит мне в глаза. Ни капли не боится. — Не этот контракт, так другой или третий, но Настя своего добьется. Ты только укрепляешь их с Евгением отношения и показываешь, насколько зациклен на ней, на том, чтобы ей что-то доказать. Ты выиграл битву, но проиграл войну.
Глава 56
— На моей стороне? — переспрашиваю. — Я должен быть польщен?
Мира отходит вглубь коридора, ближе к своей комнате, видимо, намерена дать деру, если что. Смотрит все равно прямо, хотя и понимает, что снова перешла границу.
— Ничего ты не должен. Я просто сказала свое мнение.
— Твое мнение мне не интересно. И прекрати совать нос в мою жизнь.
Еле сдерживаю улыбку, когда она подпрыгивает от возмущения. Провоцировать ее куда увлекательней, чем думать над тем, что она сказала про Настю.
— То есть тебе можно, а мне нельзя?! — Мира взрывается. — Ну конечно, ты ведь Баев! Темный! Здесь кругом все твое, да? От коньяка за миллион до целой академии со всеми студентами и преподами! Хотя чего уж там! Целого региона! А я всего лишь поломойка и учусь на дотации. Сам не лезь в мою жизнь! Зачем ты ездил к моим родителям? Или… или это пранк?
Вижу по ее глазам, как она нервничает; боится, что я рассказал ее предкам про нас. «Про нас»? Хрень какая-то в голове. Я устал намного больше, чем готов признать.
— Иди спать! Разговор окончен.
Внутренне настраиваюсь на то, что Мира начнет выносить мозг и я опять на ней сорвусь. Но похоже, на этот раз инстинкт самосохранения ее не покинул. Не прощаясь, она уходит к себе в комнату, и через несколько секунд хлопает ее дверь.
Ну и славно.
Хотя ничего славного в сегодняшнем дне нет. И даже глупая восемнадцатилетняя поломойка на дотации это прекрасно понимает.
Заливаюсь вискарем в мрачной гостиной, чтобы через полчаса завалиться спать, а утром не вспомнить, что снилось. Потому что каждый раз после наших редких встреч Настя снится мне как минимум неделю.
Слышу крадущиеся шаги в коридоре — кажется, я перебрал с алкоголем. И пора идти спать. Никого не может быть здесь — дед уже вернулся в Москву, отец с мачехой остались на ночь в городе. Не любят они это место. Никакого семейного гнезда, как планировал дед, не получилось.
Темная фигура тихонько пробирается через гостиную на кухню. Рядом вспыхивает ночной напольный свет — Мира уже успела переодеться.
