2
0— Можно еще, если не жалко, конечно!
Плеснул самую малость!
— Не жалко. — На лице Баева появляется любопытство. По-моему, он уже не злится, что я здесь. И не гонит никуда. И не разносит половину пентхауса. Вэл наврал, гад.
— Ну и здорово! — Смотрю на янтарную жидкость внутри бокала. Какая же красота. — С днем рождения можно поздравить?
— Не стоит. — Артем сидит расслабленный и спокойный. Молчаливый слишком, даже для себя.
— А тебе сколько исполнилось?
— Двадцать три.
— Космос, а не возраст. — Приваливаюсь локтем к спинке дивана. С опорой как-то удобнее сидеть.
— Нет.
Артем медленно, словно по капле, пьет коньяк, а в моем бокале уже почти пусто.
— Налей еще, пожалуйста, — прошу я. — Вообще-то, мне нужно перед тобой извиниться.
Баев так округляет глаза, что его вечная маска холодной надменности мгновенно исчезает с лица.
— Нет, правда. Я была не права. Я про Ингу и про всю эту историю с порно. — В голове немного шумит, но я делаю пару глубоких вдохов, и все проходит. — В общем, Ульссон знала, что ей изменяет Стэн, вряд ли ее сердце пострадало.
— Инга помешана на своем социальном статусе, — наконец произносит Баев. — Ей важно только то, как она выглядит в глазах других. Я не унижал ее женское достоинство, ты ошиблась, Мира. Я лишь показал ей ее место в иерархии.
— Как это отвратительно, — вдыхаю я пряный аромат. — Мне не понять таких отношений!
Стена напротив вдруг начинает двигаться, и почему-то диван, на который я облокотилась, тоже качается. Что за черт?"
"— По-моему, тебе достаточно! — Баев выдергивает из моей ладони полупустой бокал.
— А тебе твои прихвостни не доложили?! — Язык говорит быстрее, чем я думаю. — На кой ты ко мне приставил каких-то бодигардов? Я как в тюрьме.
Кто-то внутри меня кричит, чтобы я заткнулась. Что мне завтра будет стыдно за свои слова, но я велю этому «кто-то» заткнуться! Я сама себя контролирую!
— Доложили, конечно, — неожиданно терпеливо отвечает Артем и похлопывает по телефону у себя в кармане. — Вообще, я в этот день все отключаю обычно, но тут как чувствовал.
Он сидит близко, еще чуть-чуть — и можно коснуться его бедра.
— Добрый дракон в своей пещере.
— Что? — Баев поворачивается ко мне всем корпусом, и я залипаю на его руках, которые лишь наполовину скрыты под рубашкой. Какие же у него красивые пальцы и кисти рук, и запястья. Взгляд скользит вверх — под расстегнутой рубашкой медленно вздымается грудь. Завораживающее зрелище. В голове шумит, но я точно знаю, чего хочу. И я это сделаю.
— Баев! — Получается как-то смазано.
