Магазин… затвор назад.
– Оружие чисто, сэр.
Ганни одобрительно кивнул:
– Неплохо.
– Я бы так не сказал, сэр.
– С учетом того, что это незнакомая тебе винтовка, а я пустил аппарат по ухабистой местности, более чем нормально. Но вернемся к сути проблемы. Что тебе показалось самым сложным при стрельбе?
Он прикинул… да.
– Удержать цель в прицеле.
– Верно. У стрельбы из винтовки с оптическим прицелом на короткие дистанции есть свои особенности. И одна из них – очень сложно удержать цель в прицеле. Вот представь себе – ты снайпер. У тебя нет надежной позиции, твоя позиция – это автомобиль.
– Верно, сэр, – сказал Козак, – они не могли там находиться долго. Я заметил, как открывается дверь, они открыли ее в последний момент, уже когда мы появились.
Ганни поморщился, он не любил, когда его перебивали.
– Допустим, у нас есть фургон. Нам нужен водитель, потом наблюдатель – он будет осуществлять наблюдение с места справа от водителя, и сам стрелок.
Козак мрачно кивнул.
– Прямо Вильгельм Телль какой-то.
– Да уж. И это еще не все. Ты говорил, что ты выпрыгнул из машины?
– Да, сэр.
– Значит, наводчик должен был это отследить, оценить, дать команду, навести его, он должен был быстро изменить точку прицеливания, выстрелить, оценить результат и снова начать работать, уже по другим целям. Судя по тому, что он решил не продолжать с тобой, дисциплина огня у парня на уровне. Часто стрелок, если не попадает в цель, фиксируется на ней и начинает тратить на нее патроны, не обращая внимания на изменение обстановки и, возможно, новые угрозы. Иногда это правильно, но чаще всего – нет.









